Ее мятежник - Аманда Маккини Страница 45

Его взгляд скользнул по моему шраму.

— Я слышал о том, что ты сделал в Замбии несколько лет назад…

Я не мог дышать.

— Но я говорю тебе это, потому что если эти люди смогли убить такого опытного оперативника, как твой брат, они убьют и тебя. Прости, но ты должен это услышать.

Он схватил меня за рукав парки. Я был в таком шоке, что не мог пошевельнуться.

— Ты никому не можешь доверять, понимаешь? — Его лицо стало отчаянным. — Никому, Джастин. Если найдёшь Софию Бэнкс — не доверяй ей. Чёрт, может, у неё документы Алекс Петровой, потому что она её и убила. Говорю тебе — не доверяй никому.

Лео резко отпустил меня и встал, доставая телефон, который, как я даже не заметил, звонил.

— Мне нужно ответить. Извини, отойду на минуту.

Когда он ушёл, я уставился на пустую кабинку, и меня захлестнули воспоминания.

ГЛАВА 23

ДЖАСТИН

Мой брат погиб через день после своего двадцать шестого дня рождения. Нейт был младше меня на пять лет. Я никогда не забуду день, когда он родился. Помню, как впервые взял его на руки и почувствовал странное, почти родительское притяжение к нему. Инстинктивное желание защищать.

Я не справился.

Мы с Нейтом были не разлей вода. Лучшие друзья и сообщники. Когда отец ушёл от нас к другой женщине, погрузив маму в глубокую депрессию, это только укрепило нашу связь. Мы всё делали вместе.

Не было Джастина. Не было Нейта. Был только Джастин-и-Нейт.

«Где Джастин и Нейт?» — спрашивали люди.

«Что натворили Джастин и Нейт?»

«Джастин и Нейт снова прогуляли школу».

«Слышали, Джастина и Нейта снова забрали в участок?»

Мы были безрассудны и обладали совершенно неуместным чувством юмора.

Единственное, что нас отличало, — внешность. В школе меня прозвали «Красавчиком» (я ненавидел это), а Нейта — «Головастиком» из-за его высокого и худощавого телосложения.

Физически я пошёл в отца — крепкий, сложенный как линейный игрок. Нейт — в маму. Ему всегда было сложно нарастить массу, но он был быстр как молния. Его постоянно недооценивали, к тому же он был чертовски умен, и он использовал и то, и другое. Я же был как слон в посудной лавке. Что бы ни делал, всегда действовал грубой силой.

Мы оба были вспыльчивы, но мой брат умел держать себя в руках. Я восхищался этим. Однажды он сказал, что восхищается мной. Это был первый раз, когда я почувствовал настоящую цель в жизни. В тот день я поклялся никогда его не подводить.

После школы мы каждый день играли в «войнушку» в лесу вокруг нашего трейлерного парка. Обычно я был плохим парнем, а Нейт — хорошим. Но иногда мы объединялись против воображаемых врагов. Для этих особо опасных миссий мы придумали свой язык жестов — «коды», скрытую форму общения, которую могли расшифровать только мы. Наши коды каждый раз помогали одолеть врага. Я до сих пор помню их все.

После школы я пошёл служить на флот, стал «морским котиком». Когда Нейт окончил школу и решил не идти по моим стопам, я убедил его подать заявление в ЦРУ и ФБР. Именно благодаря мне он прошёл собеседование в ЦРУ — я попросил об одолжении. Нейта взяли сразу и он быстро продвинулся.

Я понятия не имел, что он делает карьеру в секретной службе. Он не сказал мне, потому что не хотел, чтобы я волновался.

После этого мы редко виделись, но разговаривали или переписывались каждый день, даже находясь на заданиях.