Бывшая майора Столярова - Виктория Рогозина Страница 46

В комнате пахло чаем, сыром с пиццы и её духами. Тихо фонил телевизор, на экране мелькали кадры старой комедии, но Женя не смотрел — он смотрел на неё.

Память подсовывала ему обрывки прошлого — их безумные вылазки на концерты, как она, сияющая, тянула его за руку сквозь толпу. Как в перерывах между песнями она прижималась к нему, кричала ему в ухо: «Жень, это лучший день!» А он улыбался и кивал, даже если не знал ни одной группы, которая тогда играла.

Тогда она была как огонь — дерзкая, яркая, пульсирующая, наполняющая собой всё пространство. Сейчас — будто затушенная бурей свеча, светящаяся, но едва-едва. И всё равно — он любил её. Любил тогда, когда она смеялась в голос и засыпала у него на коленях в машине. И любит сейчас — уставшую, молчаливую, немного потерянную, но всё ту же родную.

Он склонился к её виску, коснулся его губами и прошептал почти неслышно:

— Я здесь, милая.

Пальцы провели по её локону, он осторожно поправил выбившуюся прядь, чтобы не мешала ей спать. В груди разливалось странное чувство — нежности, боли, ответственности. Он знал: теперь всё будет иначе. Потому что он не отпустит её. Ни за что.

Женя закрыл глаза, позволяя себе на короткий миг просто быть рядом. Быть домом. Быть плечом, к которому она может прислониться.

Глава 27

Артём поправил свет, проверил угол камеры, вдохнул глубже и нажал на кнопку начала стрима. Экран засветился, и почти сразу в чате начали появляться зрители — цифры стремительно росли, и уже через пару минут онлайн перевалил за двадцать тысяч. Он провёл рукой по волосам, чуть улыбнулся и заговорил:

— Привет, мои хорошие. Сегодня у нас не гайды, не обзоры, не шутки и не реакции. Сегодня всё по-настоящему. Сегодня — о самом важном человеке в моей жизни.

Он сделал паузу, взгляд потеплел, голос стал мягче.

— Я хочу рассказать вам о своей маме. О той, кто дал мне гораздо больше, чем просто дом и заботу. Я говорю о женщине, которая играет на скрипке так, что у вас мурашки побегут.

Он нажал на кнопку, и на экране появилось старое видео. Амина, лет на десять моложе, стояла на сцене под лучами софитов. Свет ложился на её лицо и плечи, она держала скрипку легко, словно продолжение своей души. Музыка зазвучала почти сразу, и тишина в чате сменилась бурным взрывом:

«ЧТО?! Это твоя мама?!»

«О, БОЖЕ, какой звук!»

«Это не скрипка — это сердце поёт!»

«Дай ссылку! ДАЙ ССЫЛКУ!»

Артём смотрел на комментарии, чуть сжал губы, чтобы не растрогаться до слёз. Он гордился — невероятно гордился. Голос дрогнул, но он продолжил:

— Да, это моя мама. Её зовут Амина. И она — невероятный человек. Музыкант, художник души. Раньше она играла на сцене, а потом... жизнь свернула не туда. Но я хочу, чтобы вы её услышали. Чтобы вы её знали.

Он переключил камеру обратно на себя, его глаза светились искренностью.

— Я создал для неё канал. Назвал его «Струны души» — потому что каждая нота, которую она играет, касается именно туда. Я загрузил туда старые ролики, те самые, которые вы сейчас видите. И если вы хоть раз чувствовали, что музыка способна лечить, — зайдите туда. Подпишитесь. Послушайте. Подарите ей крылья.

Он кивнул, в голосе появилась твёрдость:

— Ссылка на канал — в шапке профиля. Там же будет много нового, потому что я не позволю ей снова потерять себя.