Акушерку вызывали? или Две полоски на удачу - Ольга Иванова Страница 48

- Что ещё? - удивленно спросила Женя. Когда я влетела в ординаторскую, она поливала из лейки цветы на подоконнике. - Ты словно привидение увидела.

- Почти так и есть, - я с размаху бухнулась на диван. - Сейчас к Кравицкому пришел его отец и… та самая Татьяна.

- Та самая? - глаза подруги распахнулись: она сразу поняла, о ком я. Женька бросила лейку и подбежала ко мне. - И что они тут делают?

- А я откуда знаю? - вздохнула я. - Но пришли вдвоем. И Кравицкий-старший называет ее «Танюша»…

- Да уж, - подруга почесала кончик носа. - Думаешь, у них с Кравицким... Твоим, я имею в виду.… Уже всё намази?

- Он не мой! - осадила я Женю излишне резко, затем прикусила губу, чувствуя, как в глазах становится горячо.

- Прости, - подруга тихо кашлянула. И спросила почти шепотом: - Ты ревнуешь, да?

- Нет, с чего бы мне его ревновать? - я зло смахнула с уголка глаза всё же набежавшую слезу.

- Я понимаю, просто нервы сдают, - Женя успокаивающе сжала мою руку. - После такой ночи не мудрено…

Я прикрыла глаза, а потом выпалила на одном дыхании:

- Мы переспали с ним. Как разэтой ночью.

- Ох ты ж, - только и пробормотала Женя после некоторой паузы. - Даже не знаю, что сказать.

- Да что тут говорить? Были оба на эмоциях после операции, он пытался меня успокоить, а потом… Как-то само собой получилось… - я снова открыла бутылку и сделала большой нервный глоток.

- Само собой…. Ну да… - эхо повторила Женька. - А потом что? После того… как…

Я пожала плечами:

- Ничего. Мы не разговаривали после этого. Он спал, я ушла… Работать, - я стала с преувеличенным интересом рассматривать свои ногти.

- Сбежала, короче, - констатировала подруга.

Я, не найдя другого ответа, просто кивнула.

- А теперь объявилась эта Татьяна… - протянула Женя.

- А теперь появилась эта Татьяна, и я не жалею о том, что сбежала, - заключила я.

- Мы, конечно, наверняка не знаем, что с этой Татьяной их связывает.…

- Сомневаюсь, что только большая и светлая дружба, - невесело хмыкнула я. - Ладно, я уже в порядке. Забыли и проехали. Поеду к ребёнку.

Это была полнейшая ложь. Я была совершенно не в порядке. Мне было плохо, больно, гадко, и я была противна сама себе. Но я всё же заставила взять себя в руки и отправилась переодеваться.

- Я прослежу за этой «Танюшей», - пообещала на прощание Женя.

- Да ради бога, даже не трать на неё время, - ответила я с укором и поспешила к лифту, который сразу открылся, выпуская меня.

Я уже собралась было нажать на кнопку первого этажа, как в лифт торопливо шагнул Кравицкий-старший. Он был один, без Татьяны, застегивал на ходу пальто. Спешил.

- Первый, - бросил он, лишь мельком скользнув по мне взглядом.

«Не узнал», - то ли с горечью, то ли с облегчением подумала я. И в этот самый момент Кравицкий вновь поднял на меня глаза. Нахмурился, чуть прищурившись.

- Кристина? - спросил он, и сердце ушло в пятки.

Всё-таки узнал.

- Да, Валерий Николаевич, - я очень старалась, чтобы мой голос звучал ровно, почти равнодушно. - Здравствуйте.

- Не ожидал тебя тут увидеть, - Кравицкий улыбнулся вроде как радушно. Но я ещё в те далекие времена научилась не доверять его улыбкам.

- Я здесь работаю, - спокойно ответила я.

- Вот как, - он все так же улыбался, но взгляд сразу стал острым.

- Вот так, - отозвалась я.

К счастью, лифт уже остановился, и я поспешила выйти: