Под его командованием - Рея Харп Страница 48

На прикроватном столике лежит наполовину очищенный красный апельсин.

Его сок забрызгал стекло, оставив пятна, словно тот, кто его чистил, не особо церемонился, сжимая его в пальцах. Мысль о том, что здесь был кто-то еще, приводит меня в ужас, но я не помню, чтобы ела сегодня апельсин. Или даже покупала его.

Волоски на затылке встают дыбом. Я смотрю на входную дверь, сердце бешено колотится о ребра. Страх, настоящий, неподдельный страх пронзает мое тело, как молния; голова идет кругом от выброса гормонов.

— У меня пистолет, — лгу я, заставляя свой голос звучать увереннее, чем я себя чувствую. — И я не побоюсь пустить его в ход.

Тишина. Только тиканье часов в коридоре и шум крови в ушах заполняют пространство.

— Зейн! — кричу я, и теперь мой голос дрожит и срывается. — Зейн!

Я подавляю всхлип и решаю рвануть к двери. В этот самый момент Зейн сталкивается со мной и задвигает меня себе за спину, пока я дрожу как осиновый лист. Блядь, мне действительно нужно записаться на те курсы самообороны, о которых я всё думала.

— Оставайтесь здесь, — говорит он, доставая пистолет и скрываясь за стенами моей квартиры. Позади меня появляются еще двое его людей, тоже с пистолетами наизготовку, целясь поверх моего плеча. Я не смею даже пошевелиться, пока они проходят мимо.

Через несколько мгновений Зейн возвращается, убирая оружие.

— Что случилось? — спрашивает он. — Внутри никого нет.

Это невозможно. Если только... если только память не подводит меня, и я действительно съела этот апельсин. Но...

— Я... простите. Вы уверены... вы везде проверили?

— Да. Везде, где мог бы кто-то спрятаться. Нас тренировали именно для таких ситуаций. Так что поверьте мне, мисс Финнеган, прямо сейчас в вашем доме нет никого, кроме моей команды.

Какого черта?

— Спасибо. Мне так жаль, я думала...

— Что произошло? — настаивает он, пригвоздив меня взглядом. Его люди собираются вокруг него, тоже убирая оружие на место.

— Думаю, я просто устала и... на взводе из-за всего происходящего. Я не привыкла к тому, что за мной следят папарацци или люди пытаются сделать со мной селфи. Мне очень жаль.

— Вам не нужно извиняться. В этом и заключается наша работа. Я должен позвонить командиру.

— Нет! Пожалуйста, не надо! Это так неловко... Я не хочу, чтобы он волновался из-за пустяков. Пожалуйста?

Зейн изучает меня несколько секунд, пока я строю ему самые жалобные глазки, на которые только способна. Наконец, он вздыхает, и все мое тело расслабляется.

— Очень хорошо, мисс Финнеган. Но вы должны пообещать, что позовете нас, если заметите еще что-нибудь подозрительное, даже если в итоге это окажется ничем. Договорились?

— Дав, — говорю я, протягивая ему руку. — Пожалуйста, называйте меня Дав. И конечно, так будет правильно. Хотя я обещаю немного отдохнуть, чтобы в следующий раз разум не играл со мной злые шутки.

Зейн коротко кивает и вместе со своими людьми выходит из квартиры. Я временно облегченно выдыхаю, хотя вся эта ситуация всё еще держит меня в напряжении. Я не ела этот апельсин. И если только люди Зейна не пробрались в мою квартиру, пока меня не было... я понятия не имею, кто, блядь, это сделал. Блядь, может, я и правда просто устала. Может, всё это давит на меня. Разберусь с этим, когда вернусь.

Телефон снова звонит как раз в тот момент, когда напарник Зейна открывает мне дверь внедорожника перед моим домом.