Строптивая попаданка для ректора. Секреты зельеварения - Александра Мауль Страница 49

Кейн единственный, кто называет меня именем, который дал отец.

Должна признаться, что это непросто. Непросто перестать думать, непросто сконцентрироваться на моменте здесь и сейчас, но, когда у меня получается и я полностью отдаюсь процессу результат приятно меня удивляет.

— У меня ещё две индивидуальные тренировки — произносит Кейн, когда мне наконец удаётся ударить его. Моя первая победа в этом магическом мире. Я улыбаюсь. Это невероятное ощущение растекается по телу, и я закрываю глаза, чтобы запомнить момент — Можешь неспешно переодеться и отправляться к себе. А я уже должен идти. Тебе ничего не нужно делать с дверью. На ней магический барьер, поэтому смело покидай зал, но старайся ничего не забывать, потому как войти сюда без моего позволения не получится. Тот пропуск, что я тебе дал закончил своё действие, я завтра дам тебе новый артефакт.

Я послушно киваю и усаживаюсь на пол, чтобы отдышаться и прийти в себя. Я чувствую усталость, но впервые за время пребывания здесь эта усталость приятная. Когда Кейн покидает меня, я осматриваюсь. Внутри чувствую приятное покалывание и начинаю верить в то, что у меня получится стать частью этого мира и спасти свою жизнь. Если моя сила будет крепкой, то есть вероятность, что я не погибну, защищая барьер.

Уже когда собираюсь подняться и отправиться к себе дверь с грохотом открывается, ударяясь о стену и в зале появляется господин ректора.

Горячая волна прокатывается по небольшому помещению и опаляет менятак, где кожа не скрыта тканью. Запах дыма наполняет комнату, и господин ректор замирает, увидев меня.

Мгновение он выглядит озадаченным, его плечи быстро вздымаются и опадают, а сам он выглядит странно. Глаза его полностью черные, черты лица заострились так, что я с трудом узнаю в нем человека, а движения резкие и угловатые. Он делает шаг вперёд и сжимает кулаки. Вижу, что его пальцы снова черные, а по тыльной стороне ладони к запястьям тянуться черные линии. Анвар делает ещё шаг, покачивается словно не контролирует своё тело, а затем рявкает так, что я вздрагиваю.

— Пошла вон

Но я не могу пошевелиться, потому что на меня накатывают странные эмоции. За эти два дня ощущение пустоты и потребности чем-то её заполнить накрывали меня несколько раз, но сейчас это ощущение вдруг усилилось в несколько раз. Моя эйфория от маленькой победы померкла, ей на смену пришла странная жажда, от которой пересохло в горле и по телу побежал холодок. Словно я не пила месяцами. Горло начинает саднить.

Поднимаю руку и прикладываю к груди, потому что желанию утолить жажду становится таким сильным, заглушая во мне страх перед отвратительным настроением Анвара и его пугающим видом.

— Я сказал пошла вон или пожалеешь — снова слышу голос ректора, но теперь словно бы из-под толщи воды и неуклюже поднимаюсь. Меня начинает колотить. А от господина ректора, как и в тот единственный раз, когда я видела его обращение начинает выходить его сила. Темный туман клубиться у его ног, стелется и ползет в мою сторону.

Страх начинает стучать в груди в такт моему бешено-колотящемуся сердцу.

— Отпустите — глухо произношу я когда господин ректор оказывается рядом и хватает меня за лицо так, что большой его палец на одной моей щеке, а остальные четыре на другой. Он выглядит одержимым, в глазах ни капли человечности, ноздри его раздуваются, а тело бьет крупная дрожь.