Пирог с корицей - Аля Гром Страница 51

— Милый, милый Тимьян! Что же нам делать? Что же мы с тобой такие невезучие, а? Тебе твою рост-траву друг отца так и не привез, а у меня нету сил забыть ЕГО.

Волк молча стоял рядом и ждал, ждал пока эта глупенькая, но дорогая его сердцу девочка успокоится, а потом, потом он что-нибудь придумает, чтобы она была счастлива…

Вернувшись в деревню, Ярмилка обнаружила, что все ее переживания были только началом предстоящих испытаний: подойдя к дому, она обнаружила огромную толпу местных жителей.

«Что случилось? — пронеслось у нее в голове, — Неужели что-то с матушкой?»

К сожалению, ее догадки оказались верны.

— Ярмилка, — местный мельник держал в руках шапку и боялся поднять на девушку глаза, — тут вот какое дело, упала, значит, твоя матушка с высоты и спину себе повредила.

Ярмилка с застывшем лицом вошла в дом и еще на крылечке услышала язвительные пересуды соседок:

— Да, не уж то, это жена мельника ее скинула!?

— Светлыми клянусь! Сама видела: сначала травница наша на мельницу пошла, а что ей там делать? Да уж пойди сама догадаешься, она — женщина одинокая, а он штаны на месте никогда удержать не мог.

— А жена его?

— Да вот видно жена что-то и пронюхала, потому, как я смотрю — бежит, бежит прямиком на мельницу. А потом вроде крики какие…

— Да врешь ты все, отсюда ничего не слыхать...

— Ну может и не слыхать, а может ветер донес, — упрямо продолжил голос, — только потом вой истошный, хоть кого спроси— это наша травница грохнулась. Вот пойди и скажи теперь али сама, али помог ей кто, а?

Ярмилка вошла в комнату и разговоры затихли.

— Добрый день, соседки, благодарю за помощь, дальше мы сами, — сказала она твердо и открыла дверь, показывая разговорчивым кумушкам на выход.

Когда за последней сплетницей закрылась дверь, она перевела взгляд на постель. Там, вся бледная, с испариной на лице металась в бреду ее мать. Но по постели двигалась только верхняя часть туловища, ни ноги, ни бедра даже не шевельнулись.

Ярмилка перешла на магическое зрение и сдавленно охнула. Она-то искренне надеялась, что там будет чернота, которую пусть не за раз, но она сможет вытащить, но золотинок в нижней части тела не было, будто оно было мертвым.

«Что же это такое, что за напасть новая? Как такое вообще возможно? Человек жив — а золотинок нет. И как мне ей помочь?»

Пока она размышляла над лечение матери руки автоматически заварили укрепляюще-успокаивающий отвар, протерли лицо и руки матери. Раздался стук.

— Входите, открыто.

Зашел мельник. Скосил взгляд на лежащую женщину, виновато вздохнул и положил на стол мешочек с монетами.

— Больше нету. Жену свою в обиду не дам…

На недоуменный взгляд Ярмилки объяснил:

— Подрались они. Матушка твоя на мельницу пришла, а моя увидела, да взревновала, вот и вцепились друг другу в косы, ну твоя сорвалась, да упала. Вот. Чем мог — помог, — и, выдав эту длинную речь, развернулся и ушел прочь.

Ярмилка присела на лавку у стола. Слезы потекли из глаз.

«Ну что, магичка с даром необычным да уникальным, съездила на отбор, да? И принцессой стала… Да что толку в этом всем, если даже мать спасти не могу!?»

На коленях появилась удивленная голова волка.

Что-то хозяйка совсем расклеилась, второй раз за день плачет. Он потянул ее зубами за подол, пошли мол в лес, погуляем, побегаем, глядишь и пройдет печаль твоя.