Огонь измены - Руфина Брис Страница 51

- Знаешь что, Соловьёв, - возмущается она, - ты уж как-то определись, вместе вы или что. Земфира, между прочим, ради вас с Серёжей на преступление пошла.

Прищуриваюсь, пытаясь сфокусировать на ней взгляд. Хочу спросить, что за хрень несёт, но мозг работает быстрее языка. Не успеваю. Рената хватает Санька за руку и утаскивает куда-то.

Мы остаёмся вдвоём. Встаю навстречу растерянной Зефирке, но ноги ватные. Пошатнувшись, опускаюсь обратно в кресло. Не помню, что хотел спросить. И откуда она здесь, тоже не соображу. Забыл.

Зефирка настороженно следит, как тянусь за бутылкой, лью коньяк куда-то мимо.

Подходит, отнимает, отставляет под стол. Усаживается в кресло напротив.

- Игорь, - голос дрожит, - это правда, что Серёжу...

Напряжённо сглатывает, не может продолжать. Скриплю зубами. Раздражённо мычу. Бл*ть, ну зачем говорить?!

- Но это жесть какая-то. Разве можно такое? - подаёт голос снова.

- Что ты хочешь? - выдавливаю из себя.

- Чтоб ты... - подбирает слова, - не отдавал Серёжу.

Пожимаю плечами, отворачиваюсь. Прикрываю глаза, ухожу в вертолётную мёртвую петлю.

Она поднимается. Вздрогнув, с трудом разлепляю веки.

- А ты вообще хоть попытался не допустить этого? Как нам быть дальше, знаешь?

Нахмурившись, навожу резкость, сосредотачиваясь на её возмущённом лице. В глазах слёзы блестят. Малышка, не надо. Не хочу, чтоб нервничала.

Качаю головой:

- Нет.

Пытаюсь сказать, чтоб не плакала, но язык всё.

Она не понимает, приходит в ярость. Лицо и шея краснеют.

Напряжёнными губами выкрикивает:

- Знаешь что, Соловьёв. Вы оба - ужасные родители. Так нельзя. Серёжа вам не мяч, играть в него, пинать туда-сюда. Он человек, у него есть чувства. Как я должна ему объяснить всё это сейчас, а? Вам нормально, бухаете оба. А он там... Не хочу больше тебя видеть. Вообще. Я ухожу от тебя.

Она всхлипывает, разворачивается и быстро скрывается в коридоре, который ведёт к лифту.

Пи*дец.

Всё будет хорошо

Земфира

Выхожу из лифта и встаю, как вкопанная. Что теперь делать-то? Куда идти? Молодец, Земфира. Ребёнка выкрала, любимого бросила, вместо того, чтоб поддержать. Умничка. Перед глазами пелена из слёз. Дыхание сбивается. И сердце сжало, как будто оно не бьётся больше.

- Отдай, это мой бластер, - слышу из игровой комнаты знакомый голосок.

Быстро -быстро моргаю, сдуваю слёзы. Нечего киснуть. Ещё не хватало напугать Серёжку. Ну-ка, собралась. Кончиками пальцев протираю лоб, потом от носа к вискам. Поправляю волосы и иду за ним.

Внутрь игровой взрослых не пускают, там работает няня, смешливая девушка лет восемнадцати, вся в веснушках.

Подзываю её:

- Я за Серёжей Соловьёвым.

Она весело зовёт:

- Серёжа, за тобой мама пришла.

У меня внутри всё опускается. Как он среагирует на такое? Ведь подумает про Арину, а тут всего лишь я... Серёжка оборачивается и расплывается в счастливой улыбке. Разгорячённый и взлохмаченный, несётся ко мне на всех парах:

- Ты где так долго-то? Мне тут надоело.

Достаю платок из кармана, вытираю капельки пота с его лба и над верхней губой. Глажу по волосам, целую в макушку, одновременно провожу рукой по спинке.

- Ты в акробата играл, что ли? Весь мокрый, а переодеть нечего. Как на улицу пойдём?

Но он уже напяливает на себя куртку, шапку и, покряхтывая, застёгивает ботинки.