Строптивая попаданка для ректора. Секреты зельеварения - Александра Мауль Страница 53

— Я уже отвечала вам. Со мной все хорошо — отзываюсь я.

— Я прошу прощения за то, что сделал. Это не было поцелуем. Мне нужна была твоя близость, чтобы отдать тебе тьму.

— Я понимаю — глухо отзываюсь я. В горло словно насыпали песка — Кажется, после такого взаимодействия во мне что-то переменилось — продолжаю я и протягиваю перед господином ректором руку. Шумно выдыхаю и расслабляюсь.

На тыльной стороне ладони появляются золотые линии моей магии и Анвар резко подаётся вперёд.

— Значит, ты подружилась с магией. — то ли спрашивает, то ли утверждает — Когда случилось? — спрашивает

— После нашего взаимодействия.

Господин ректор несколько раз кивает, а затем переводит на меня задумчивый взгляд.

— Если всё хорошо ты можешь идти. Тренировки с Кейном продолжатся, а когда придёт время мы отправимся к прорыву. Что будет с тобой дальше решим на месте — объявляет он — А теперь можешь идти.

Он тут же теряет ко мне интерес и возвращает внимание к своему столу, где снова стоят пузатые бутылочки, баночки с травами и пустые склянки.

— Пахнет как заживляющее зелье, но как будто чего-то не хватает —не знаю зачем я вмешиваюсь, когда никто не просит моего совета. Просто аромат трав и полыни вызывает во мне целый калейдоскоп воспоминаний Анны о его деятельности.

— Это действительно заживляющее зелье для одного из студентов. Но оно не помогает — обреченно выдыхает господин ректор — И я ничего ен могу с этим поделать — тут же добавляет он.

— Я могу посмотреть? — спрашиваю и протягиваю руку к одной из баночек, но тут же одергиваю себя, потому что реакция господина ректора может быть любой. Я вообще ощущаю себя словно в клетке с диким зверем, который в любой момент может напасть и задушить, но пока у него другие дела он лениво играет со мной одной лапой.

Анвар кивает, и я беру в буки одну из бутылочек. Стекло ледяное и холод от него пробегает по пальцам к запястью. Открываю баночку и глубоко вдыхаю. Анна всегда могла определить состав по запаху, и я надеюсь, что эта способность передалась и мне. Она больше шести месяцев потратила, изучая и разбирая запахи заживляющихтрав, составы подобных зелий и мазей, поэтому каждый их аромат буквально впитался в её память.

— лилейник, перечная мята и златоцвет — произношу я вытаскивая из общего состава один за другим знакомые ароматы трав — Есть что-то ещё. Не мята, а что-то терпкое. Вероятно, это иссол. Он очень специфичен и подходит не для каждого состава. А ещё для раскрытия его целебный свойств нужна преска. Это трава, её засушиваюсь, а потом растирают и…

— Я знаю, что такое преска и как её получают — перебивает господин ректор, но на этот раз совершенно беззлобно. Будто пытается что-то придумать, а моя болтовня его отвлекает.

Он прищуривается и осматривает меня так, словно сейчас видит впервые. Я аккуратно ставлю баночку на стол и развернувшись на нетвердых ногах покидаю его кабинет. Пока меня вновь не накрыли его отвращение, ярость и ненависть.

— Куда-то торопишься?

Истинная господина ректора стоит, скрестив руки на груди и буравит меня кинжально-острым взглядом. Амина делает вид, что изучает какие-то документы, но я то вижу, как она украдкой посматривает на нас.

Звуки твердых шагов отскакивают от стен этого небольшого пространства, когда Элиза, кажется её так зовут, делает несколько шагов мне навстречу.