Ты пахнешь как любовь - Эллин Ти Страница 53

Короче, мы разошлись, но так как компания все еще одна, то общаемся. Я не страдал разбитым сердцем от ее измены просто потому, что не испытывал к ней никаких нежных или сильных чувств. Да, случилось дерьмово, но бывает, что уж там. Не я первый, как говорится.

— Привет, красавчик, – говорит она на испанском, и я тут же переключаюсь с русского. Научился. Мишель – одна из немногих из моей компании, кто не захотел выучить хотя бы пару слов на моем родном языке, парни же подхватили идею с удовольствием и уже довольно неплохо болтают по-русски. Особенно матом. – Я звонила, где твой телефон?

— Кажется, я поставил его на беззвучный, – пожимаю плечами и пропускаю ее в дом, возвращаясь на кухню. Я и правда не видел пропущенных. – Что-то случилось?

— Хотела позвать тебя прогуляться. – Мишель встает напротив меня. Нас разделяет только барная стойка, и она облокачивается на нее, специально демонстрируя глубокое декольте. Очень глубокое, и надо быть слепым, чтобы не заметить, что на ней нет лифчика.

Как будто я там что-то не видел.

Мишель – красотка. Она точно с обложки журнала: отфотошопленная в реальной жизни. Тонкая талия, красивая грудь и отличное умение всем этим пользоваться, только вот незадача: сегодня я вдруг осознал, что меня привлекает совершенно другая красота.

— Другие планы, прости, – улыбаюсь ей.

На самом деле я понимаю, почему она пришла. Несколько дней назад компанией на пляже мы играли в бутылочку, и, когда мой ход указал на нее, мы поцеловались. После этого она спросила, значит ли это что-то для меня, а я промолчал. В тот момент я думал, что, возможно, есть смысл попробовать снова. Вчера я понял, что смысл вернуть отношения есть, но вот только не с Мишель…

— Андреас, какого хрена? – злится она. – Мы почти помирились, а теперь ты даешь заднюю.

— Мы не были даже близки к примирению, Мишель, не выдумывай, – хмурюсь. Она правда решила, что мы помиримся? Я ведь только где-то в углу сознания допустил такую мысль, она что, ясновидящая?!

— Мы целовались, – фыркает она.

— Это была игра. В прямом смысле этого слова. Точно так же ход мог выпасть на кого-то другого.

Ее не ранят эти слова, я точно знаю, поэтому говорю их так легко и свободно. Мишель, наверное, вообще сложно ранить. Мы давно знакомы, она антоним слова «нежность».

— Я не собираюсь унижаться перед тобой, ты же в курсе?

— Я не прошу, Мишель, – накрываю ее руку своей, я не хочу ссориться. – Мне не нужно это, а тебе тем более. Я уже спал с другой после того поцелуя, так что обещать тебе что-то будет просто неправильно по отношению к тебе. Мы же друзья.

— Ты… серьезно?! – начинает она возмущаться. Горячая испанская кровь бурлит в ней, и я точно знаю, что она уже готова раздуть такой скандал, что он сможет спалить мой дом дотла. – Спал с кем-то? Когда ты успел?

Кто бы говорил.

— Мишель, – пытаюсь ее успокоить, – хватит. Давай просто и дальше будем спокойно общаться, хорошо?

— Ты – предатель! – бросает она мне и направляется в сторону выхода.

— Пусть так, – киваю. – Если тебе будет легче, буду предателем.

Она что-то бормочет себе под нос и уходит, громко хлопая дверью и еще раз выкрикивая громкое «traidor»[6].

Готов нести такое бремя с улыбкой на губах, потому что перед глазами снова Яна. Скандал с Мишель не дарит и крохи эмоций, что дарила мне Царева одной только своей полуулыбкой.