Ее мятежник - Аманда Маккини Страница 54

Удовлетворившись состоянием дымохода, Джастин принялся разводить огонь, используя пару поленьев из своего рюкзака. Я наблюдала с благоговением. Наёмник, любитель экстрима, специалист по выживанию — невероятно притягательное и загадочное существо.

Всё казалось таким первобытным. Я, полуодетая, и мой мужчина, разводящий костёр, заботящийся обо мне, пока за стенами бушует стихия.

Прошло минут двадцать, прежде чем поленья занялись. Когда пламя уверенно запылало, Джастин перевёл внимание на меня с аптечкой в руках.

«Теплее?» — спросил он, опускаясь передо мной на колени.

«Да, спасибо. И одеяло очень помогает».

Он осмотрел порез на моей щеке. Его челюсть напряглась.

Наши взгляды встретились. Меня бросило в дрожь, но на этот раз не от холода.

Я видела, что Джастин хочет что-то сказать — наверное, снова спросить, кто это сделал. Если бы я знала.

«Нужно промыть», — сказал он вместо этого.

«Хорошо. Не бойся причинить боль».

Его глаза вспыхнули, впились в меня таким пронзительным взглядом, что я инстинктивно отпрянула.

«Я не причиню тебе боли. Никогда, — отрезал он. — А теперь не двигайся».

Джастин нежно провёл большим пальцем по моей опухшей скуле, и по коже разлилось тепло. В животе запорхали бабочки.

Да, он мне нравился, но такой мгновенной физической реакции на прикосновение мужчины у меня ещё не было. Обычно они были связаны с жестокостью и болью. Что-то в Джастине Монтгомери зажигало во мне внутренний огонь.

Мы молчали, пока он обрабатывал рану и накладывал пластырь размером с мой кулак. Мне было неловко от того, как я, наверное, выгляжу, но я взяла себя в руки. Инфекция была мне совершенно ни к чему.

Убрав аптечку, он достал флягу с водой и батончик.

«Тебе нужно поесть и попить».

Я даже не думала давать себя уговаривать. Как только вода коснулась губ, я поняла, как сильно хотела пить. Да и голод давал о себе знать.

Джастин наблюдал, как я ем, следя, чтобы я не оставила ни крошки. Я чувствовала себя пленницей под взглядом похитителя, но в каком-то странном, мрачно-романтическом смысле.

«Спасибо», — сказала я, протягивая пустую обёртку. Стало гораздо лучше. Даже головная боль утихла, превратившись в приглушённый гул.

Джастин пододвинулся к моим ногам, приподнял одеяло и взял в руку мою левую ступню.

Я дёрнулась и прижала ногу к груди. «Что ты делаешь?»

«Проверяю, нет ли обморожения», — нахмурился он.

«А…» — Щёки залились румянцем. «Прости. Я не знала… У меня давно не было педикюра, и просто… ну, стыдно».

Мне хотелось рассмеяться над собственной нелепостью.

«Педикюр — последнее, о чём ты будешь думать, если потеряешь пальцы».

«Потеряю пальцы?» — я пискнула от ужаса.

Уголки его губ дрогнули — самое близкое к улыбке, что я у него видела. Я его забавляла. И одновременно раздражала, потому что он нетерпеливо щёлкнул пальцами.

«Давай, просто дай посмотреть».

Неохотно я выпрямила ноги. Он взял каждую ступню в свои руки и тщательно осмотрел каждый палец. Это казалось невероятно эротичным. Что, чёрт возьми, со мной? Я решила, что дело, наверное, в овуляции. Иначе как объяснить?

Я заметила, что Джастин увидел румянец на моей шее.

Наши взгляды встретились. Между нами пробежала искра.

«Ну как?..» — тихо спросила я.

Он ничего не ответил, лишь смотрел на меня с той пронзительной прямотой, в которой был чертовски хорош.