Мой найдёныш - Лена Тулинова Страница 55

— А вчера я не подумаааалааа, — простонала Леся. — Как вообще некроманты живут… вот так-то?

— Обычно некромантке дух бабушки либо матери достаётся, не деда или отца, — сказал он, — дух мужчины же к сыну или внуку переходит.

— Ммм, — промямлила Леся.

Ей было бы интересно послушать, если б не страстное желание поскорее облегчиться. И всё же девушка не могла себепредставить, как делает это в присутствии мужчины, даже давно почившего!

— Бертран, — взмолилась она, — даже ежели не видишь ты, а я всё ж так не могу. Я умру!

И тут же шлёпнула себя по губам. Нельзя, нельзя такое вслух говорить, смерть приваживать! А ну как Черногара услышит, прилетит на чёрных крылах?!

— Подойди к дереву вон, — буркнул отец. — Сейчас покажу, как это делается. Не забудь только потом вернуться да меня забрать… Встань возле дерева, руку подыми, представь, будто нож в ствол втыкаешь, и бей.

Лесняна ударила рукой по берёзе, враз отбила пальцы и осерчала:

— Чем поможет-то это? Только Древобогов зазря обижать!

— Не представила, — сказал Бертран. — Снова бей!

Только раза с пятого уразумела Леся, как это делается — ударила по белому стволу, и из руки вырвалось лезвие. Да там и осталось.

— Бертран?

Молчание. Девушка коснулась холодного клинка. Нож как нож, даже кинжал скорей. Выдохнула — и чуть не обмочилась. Срам-то какой! Торопясь и даже слегка задыхаясь, Леська шмыгнула за ближайшие кустики. Святобабкины дедки, аж в животе нехорошо было, так хотелось ей по малой нужде. И стыдно, ой стыдно! А дальше как? А Найдёну каждый раз объяснять, когда ей надо отлучиться?

Вернувшись к берёзе, девушка долго не решалась взяться за гладкую, будто бы из полированного рога, рукоять ножа. Это ж опять на руке будет та самая змеиная отметина, которая становится острым клинком! Это ж опять в голове чужой голос, будто кто сидит рядом и всё тебе говорит! А нельзя его на поясе носить? Леся решила спросить.

Не оставлять же в самом деле отца вот так на берёзе среди леса торчать?

Она встрепенулась, протянула руку к ножу, и тот скользнул ей на запястье. На бересте осталось тёмное пятно, будто ожог на белой коже, и Леська тут же погладила берёзе «больное место». Магия травницы, позволявшая и траву сделать свежее, сочнее, и созревание плодов ускорить, помогла и тут. Берёза словно благодарно вздохнула.

— Ле-ся! — позвал издалека, от речушки, Найдён, и девушка тут же встрепенулась.

— Ты, главное, не потеряй да не забудь меня, — сказал Бертран. — Я и так с тобой ненадолго.

Но Лесняна не слушала его. Она бежала к своему найдёнышу.

Он, оказывается, времени не терял: на траве лежали две крупные рыбины. Сам парень был мокрый, но одежда толькослегка влажная — догадался снять. Леська сообразила: у него тоже есть советчики, иначе он бы скорее всего не додумался бы одеться. И тут же озабоченно подумала, что повязки на ранах тоже мокрые — надо бы поменять.

Рыбу Найдён старательно чистил. Действовал он на этот раз левой рукой. В ней было зажато узкое светлое лезвие, которое отблескивало в утреннем солнце так ярко, что Лесняна прищурилась.

— Что это? — спросила она. — Или… кто?

Отметина на правой щеке вдруг потеплела, и девушка коснулась её кончиками пальцев.

— Ставрион, — старательно произнёс Найдён.

— А чёрный? — поинтересовалась Леся.

— Паланг, — помрачнев, ответил парень.