Под его командованием - Рея Харп Страница 56

Подумать только, я и правда вхожу внутрь, чтобы нанести визит президенту и первой леди, да еще и в сопровождении командующего армией — просто безумие. А что, если я выставлю себя дурой? Или того хуже... что, если я как-то опозорю его перед ними?

Я едва не спотыкаюсь на каблуках, но Роуэн поддерживает меня рукой за поясницу, одаривая ленивой улыбкой. Я бросаю на него короткий взгляд. Он спокоен. Слишком спокоен для всего этого.

— Роуэн... — начинаю я, но слова застревают где-то в горле, отказываясь срываться с губ. Однако выражение его лица говорит мне о том, что он уже знает, о чем я думаю. Мне нравится, как хорошо он уже меня изучил.

Он останавливается, преграждая мне путь, и все остальные следуют его примеру. Я оглядываюсь; под взглядами суетящихся в коридоре сотрудников я чувствую себя как под микроскопом.

— Губы, — произносит он, беря мое лицо в ладони и притягивая к своему. Я судорожно выдыхаю, закрываю глаза и прижимаюсь лбом к его лбу, чувствуя себя в безопасности в том крошечном пространстве, которое он создал между нами. — Дай мне свои губы, красавица.

Я подаюсь вперед; наши губы соприкасаются, прежде чем я прижимаюсь своими к его рту, и со скулежом вдыхаю его одеколон и тепло.

— Даже не думай об этом. Я привел тебя сюда, чтобы похвастаться тобой. Ты просто физически не способна меня опозорить. Так что покажи мне свою красивую улыбку, дай мне руку и позволь познакомить тебя с моими друзьями. Договорились?

Я киваю, поджав губы и сдвинув брови от волнения.

— Хорошая девочка, — говорит он, и мы продолжаем путь.

— Ни хрена себе. — К нам подходит Дрейвен Грант — госсекретарь — с папкой под мышкой и руками в карманах, сияя безупречно белыми зубами. — Каждый раз, когда я тебя вижу, задаюсь вопросом: как этот ублюдок до сих пор жив?

Он смеется, и Роуэн игриво фыркает, пожимая ему руку, не отпуская при этом мою.

— Если ты все еще задаешься этим вопросом, значит, я доставил Мэддоксу недостаточно головной боли в этом году. Пожалуй, сегодня я это исправлю, — отвечает Роуэн.

— О, поверь мне, президент и так в ахуе от стресса. Особенно с тех пор, как услышал о твоем приказе насчет пленных с Хребта. Ты просто сумасшедший сукин сын.

Роуэн ухмыляется:

— И я рад тебя видеть. Дав, это мой хороший друг, Дрейвен. Он...

— Госсекретарь, — добавляю я, одарив его улыбкой. — Разумеется, я знала это. Приятно познакомиться, сэр.

Повисает пауза, а затем рука Роуэна напрягается, сжимая мою ладонь, словно я сделала что-то не так. Блядь, я что-то сделала? Когда я ловлю его взгляд, его глаза сверкают диким огнем, ноздри раздуваются, а на лице играет мрачная, многозначительная ухмылка.

— Мне тоже очень приятно, — вставляет Дрейвен, но его взгляд не опускается ниже моего лица. Я воспринимаю это как знак уважения к Роуэну.

— Они там? — Роуэн кивает в сторону дверей, ведущих в Овальный кабинет. Я сглатываю, изо всех сил стараясь улыбаться и выглядеть для него идеально, хотя сейчас моя тревога просто зашкаливает.

— Угу, — вздыхает Дрейвен. — Пришлось дважды проверить, не трахаются ли они в последнюю минуту или... не ставят ли друг другу фингалы.

— Вот это было бы зрелище.

Слова Дрейвена сбивают меня с толку. Мэддокс и Камелия Торн любят друг друга. Они стали любимой парой Америки с тех пор, как поженились в прошлом году после смерти бывшей жены Мэддокса. С чего бы Дрейвену шутить о том, что они могут ставить друг другу фингалы?