Жестокий развод - Ария Тес Страница 58

Все познается в сравнении, конечно же.

Когда я познакомился с Настей на одном из благотворительных приемов, куда Галя не смогла пойти из-за внезапно наступившей простуды, я сразу увидел разницу. Даже не в них. Нет, не в них. Моя жена выглядит хорошо для своего возраста. Она не забросила себя, не потолстела и регулярно посещала салоны красоты, просто между нами что-то угасло. Не было страсти, тока и мурашек, а брак, как известно, умирает, когда пропадают мурашки, потому что так рушится связь и близость между мужчиной и женщиной.

— Я тебе не помешала? – мурлычет Настюша, двигаясь в мою сторону походкой от бедра.

Издаю смешок и откидываюсь на спинку кресла.

— Нет, не помешала, малышка.

Смотрю и исхожу на те самые мурашки, пока она становится ближе. Грациозно, как маленькая кошка. И дышать все сложнее…

Член дико напрягается и бьет в ширинку.

Мозг коротит.

Настя обходит стол и присаживается мне на колено. От нее потрясающе пахнет сладковатыми, игривыми духами, а кожа на ощупь – чистый шелк. Думал ли я двадцать с лишним лет назад, что когда-нибудь у меня будет такая женщина? Да не в жизни. А Галя? Я уже не помню, что думал о Гале. Наверно, в какой-то момент и она меня так поджигала…но это было давно. Очень-очень давно.

— Я хотела поговорить о твоем предложении…

Морок падает сам собой, а в груди появляется ком из искрящего раздражения. Мне не нравится эта тема. Точнее, не понравится то, что я сейчас, скорее всего, услышу.

— Насть…

— Нет, послушай, – она прижимает пальчики к губам и шепчет, опираясь на меня грудью.

Я чувствую ее напряженные соски через тонкую, кружевную ткань.

— Котик, это же Новый год. Понимаешь? Такой праздник! Он должен быть счастливым, а если…мы пригласим твою бывшую, кто будет от этого счастлив? Никто. Ни она, ни мы.

Вздыхаю и ласково беру ее за запястье, чтобы отвести его в сторону.

— Ты сама слышала, что говорит Вероника, Насть.

— Вот именно! И так думает не только она, но и все твои дети. И прости, конечно, твоя бывшая сама виновата. Они пошли к ней навстречу, а она что? Взяла и выгнала их за порог как бездомных котят! Чего ты теперь ждешь? Дети уже взрослые и…

— Настя, остановись, – прибавляю голосу строгости и пристально смотрю ей в глаза, – Галя – их мать, и тот факт, что мы с ней развелись, этого не изменит.

— Опять ты это говоришь! Вы не развелись! Она тянет время!

— Завтра у нее назначена встреча с Верным, он ее пошлет, и у нее не будет другого выхода, кроме как подписать бумаги.

— Но…

— Любимая, умоляю. Остановись. Я хорошо знаю Галю, и вся эта кутерьма – не ее идея даже, а Ленина! Галя неспособна на решительные действия. Она смирится и подпишет бумаги, так что мы совсем скоро забудем обо всем этом и начнем новую, счастливую жизнь. Но Новый год…пойми меня правильно, я люблю своих детей и хочу, чтобы они не боролись с внутренними стопами. Я хочу, чтобы они были счастливы.

— Но…

— И они будут, дорогая, – мягко поглаживаю ее и улыбаюсь, – Когда увидят, что их родители пришли к консенсусу, а ты подружилась с их мамой.

— Хочешь, чтобы мы подружились?

Саркастично. Но мне нравится, когда она такая…острая. Двигаюсь ближе, задеваю носом линию челюсти и опускаясь в нежном поцелуе на тонкую шейку.

— Конечно, дорогая, – еще один поцелуй, и она издает тихий стон, – Ты у меня сокровище, ты справишься. А Галя? Тебе не о чем волноваться. Я с тобой, а она всего лишь мое прошлое…