Коннемара - Николя Матье Страница 6

Как-то вечером за пинтой пива в баре по соседству Элен вдруг обуяло любопытство:

— Слушай, тебе кто-нибудь нравится в конторе?

— На работе? Это исключено.

— Но офис – главное место для знакомств.

— Я предпочитаю не смешивать. Слишком на виду, особенно в опенспейсе. И потом, мужики так и вьются вокруг тебя весь день, как стервятники. А сплетницам только дай повод перемывать тебе косточки, хлебом не корми.

Элен хохотнула.

— Тогда каков твой метод? Ходишь куда-нибудь? На дискотеки?

— Ой, нет! Здешние клубы – просто отстой. Я делаю как все: рыщу по интернету.

Элен улыбнулась через силу. Их разделяло меньше поколения, а ей были совершенно неведомы новомодные приемы флирта. Благодаря Лизон она в том числе узнала, что способы знакомства, продолжительность отношений, взаимный интерес (или нет) после этого, смена партнеров, терпимость к параллельным связям, их пересечение и совпадение во времени – в общем, все правила любви и сексуальной жизни изменились кардинально.

Что изменило картину в первую очередь, это появление мессенджеров и социальные сети. Когда Элен призналась девушке, что даже не слышала об интернете до самого лицея, та посмотрела на нее с сочувственным изумлением. Конечно, она знала, что цивилизация существовала и до интернета, но в ее представлении это время помещалось в черно-белый спектр, где-то между пактом Молотова – Риббентропа и высадкой человека на Луну.

— Но все же… – со вздохом заключила Элен. – Результат финального экзамена я узнавала уже через учебный сервис EduNat, или как он там назывался.

— Что?..

Поколение Лизон росло в интернете с пеленок. В коллеже, например, она проводила целые вечера, флиртуя онлайн с идеальными незнакомцами через ноутбук, подаренный ей родителями на успешное окончание школы, болтая без конца о сексе как со своим ровесниками, так и с извращенцами под полтос, настукивающими текст одной свободной рукой, парнями из Сингапура, а то и с соседом, которого она не удостоила бы и словом, окажись они рядом в автобусе. Позже она любила развлекаться на мобильнике, пускаясь в долгосрочную любовную переписку с кучей парней, которых знала лишь мельком. Достаточно было зайти на страничку сокурсника, который тебе нравится, обменяться приветствиями, и понеслась. Такими цифровыми ночами общение шло на бешеной скорости, уничтожая расстояния, ожидание становилось невыносимым, сон поверхностным, приватность недопустимой. Лизон и ее подружки вели одновременно три-четыре переписки. Поначалу невинные, в шутливом тоне, очень скоро они приобретали личный характер. Люди начинали делиться своими проблемами, тем, как достали родители, что девушка оказалась шлюхой, что препод по физике и химии реально извращенец и нарцисс. После одиннадцати часов, когда все домашние засыпали, переписка парочек становилась еще более конспиративной. Возбуждение нарастало. Свои фантазии выражали скупо, словно кодами, шифровкой. Все заканчивалось обменом фотками в белье или с эрекцией, откровенными съемками снизу, строго между ними.

— Самый жир – снять фотку своей задницы, но так, чтобы тебя не узнали. На всякий.

— А не было стремно, что парень поделится со своими друганами?

— Естественно. Такова расплата.

Эти снимки, сделанные в постели, селфи в полумраке, более-менее отточенный эротизм становились этакой подпольной разменной монетой, утаиваемой от родителей, незаконной валютой, на которой держался целый рынок вожделения, постоянно под угрозой разоблачения. Потому что случалось, что личное оказывалось в общедоступном интернете и фото почти голой девчонки вирусилось в сети.