Несмеяна для босса - Алёна Амурская Страница 60

У меня вырывается удивленный вздох.

Внутри всё дрожит от волнения, но внешне это не отражается. Наверное, со стороны можно подумать, будто я оцепенела от неожиданности. В каком-то смысле это так и есть… только фактор неожиданности тут ни при чем.

Взгляд буквально против собственной воли приклеивается к тяжелой мужской челюсти. И сразу после этого все внятные мысли из головы мгновенно улетучиваются в неизвестном направлении, погружая в чувственное состояние. То самое “здесь и сейчас”, знакомое каждой влюбленной девушке в руках того, кто ей очень сильно нравится. И это чувство особенно острое из-за того, что под одеялом на мне надета только тонкая хлопковая пижама с бледным цветочным принтом. Это слишком... странно рядом с ним. Как будто я там голая вообще.

За последнюю пару лет он, кажется, подкачался в своих фитнес-клубах еще больше. Бугрящиеся под одеждой бицепсы кажутся просто огромными и волнующе перекатываются там, где он меня держит - под коленями и лопатками. Он делает это так легко. Безо всякого усилия, словно я ничего не вешу. Как пушинка. И эта его сила завораживает.

Сегодня Короленко явно не брился.

Легкий налет темной щетины на его лице притягивает меня. Так и хочется прикоснуться… провести кончиками пальцев по этим волоскам и ощутить их жесткую колкость. Наверное, они больно царапают кожу, когда он целует кого-нибудь. Ведь у него в жизни наверняка есть какая-нибудь женщина.

Как же мне хочется быть на месте этой счастливицы…

Где-то на периферии сознания понимаю, что напряжение между мужчинами в комнате стремительно сгущается. Но мне пофиг. Я не могу вырваться из этого сладкого момента… и не хочу. Когда еще вот так повезет оказаться в объятиях моего бескомпромиссного замкнутого босса? У меня такое чувство, будто это какой-то подарок с небес! Счастливая случайность, которая может больше никогда не повториться после нашего последнего разговора…

Я опускаю ресницы, когда Короленко бросает на меня короткий взгляд сверху вниз. Чувствую его теплое дыхание на своем лице.

Боже. Так близко…

— Так не пойдет, - раздраженно говорит где-то в стороне старший, Егор Медведский. - Это не твоя зона ответственности. Батянин…

— Я поставлю его в известность сам, - отрезает Короленко. - Пусть Яна побудет у меня под присмотром. А то вы своей тупой медвежьей “заботой” совсем девчонку доведете.

— Артур Георгиевич, - насмешливо вмешивается Ярослав, - а мнение самой Яны вы спросить не забыли? Вон, съежилась вся, как цыпленок. Одни глаза из одеяла торчат. Может, она категорически против вас в роли спасателя? Я вот, например, против.

Он демонстративно приваливается плечом к дверному косяку, преграждая выход, и скрещивает руки на груди.

— А разве я спрашивал твое мнение?

— Ну…

Короленко слегка наклоняет голову набок, глядя на него. И вдруг холодно сообщает:

— Я взял проблему Глеба Мрачко на себя.

Оба старших Медведских заметно настораживаются при этой новости, но ничего не говорят и не вмешиваются. Дружно переводят взгляды на младшего. Его сузившиеся глаза сразу же теряют всякое выражение. Лицо становится пустым и сосредоточенным, как у безжалостного охотника, на чью добычу покусился другой охотник. Более сильный и ловкий.

— И что же за планы у вас на него… Артур Георгиевич? - отрывисто спрашивает он.