Власть памяти - Ирина Эльба,Татьяна Осинская Страница 61

— Удиви меня…

— Мы в замке Древнейших императоров!

Решив пожалеть мои юные уши, в дальнейшем друг ругался исключительно на вампирском языке, активно шипя и рыча.

— Успокоился? — поинтересовалась я, некоторое время спустя.

— Прости! — Джеймс поспешно подхватил меня на руки и понесся вперед, не разбирая дороги.

Вернее, это я ничего не видела, лишь крепче вцепившись в мужскую одежду. К моменту, как в конце пути появился свет, меня порядком укачало. Все-таки ручки нервного вампира — не самый приятный способ передвижения.

Свет источали факелы с живым огнем в зале, заставленном множеством гробов.

— Это потрясающе… — выдохнул вампир, проводя пальцами по крышке ближайшего надгробия. — Столько веков, а они как новые. Не единого намека на гниение и плесень. Даже пыли нет!

Мы медленно пошли вдоль рядов в противоположный конец зала, где, по словам вампира, спала его прабабка.

— А тебе она зачем? — поинтересовалась я, перепрыгивая через магическую ловушку.

— Да так, — пожал плечами Джеймс, — у нее в гробу книжечка одна есть…

— Ты что, воровать собрался? — возмутилась я.

— Почему же сразу воровать? Просто почитать хочу. Интересно ведь! К тому же там много историй про первых вампиров. Вот ты, например, знаешь, как убить такого?

— Нет, — честно призналась я, — а ты?

— Ну… Я слышал, что их жизнь и душа привязаны к артефактам. Если уничтожить его, то не станет и вампира.

— Ваши Древнейшие напоминают Кощея Бессмертного, — фыркнула я.

— Кого? — опешил друг.

— Героя детских зарубежных сказок. У него смерть тоже была привязана к артефакту. Кажется, звучало так: смерть Кощеева на конце иглы, игла — в яйце, яйцо — в утке, утка — в зайце, заяц — в шоке, — процитировала я услышанную когда-то шутку.

— Жесть! — хмыкнул зубастый. — Кирусь, помнишь, ты спрашивала, как нас можно убить? Я тогда немного соврал. Мы не умираем от обычного оружия, от света, чеснока и прочей гадости, но нас может убить Древнейший. Одного укуса хватит, чтобы выпить всю жизнь и душу…

— Постой, а как тогда происходит обмен памятью?

— Сцеживаем в ритуальные пиалы кровь и обмениваемся ею. Все просто, но ужасно пафосно! И вообще…

— Назад! — закричала я и сбила вампира с ног.

Мимо нас пролетела черная тень, активируя защитные заклинания. Джеймс резко схватил меня и затащил за бетонные перегородки, прикрывая своим телом. В зале стали раздаваться взрывы и грохот. Повсюду летали огненные и шаровые молнии, врезающиеся в наше укрытие. Пару раз вампир сквозь зубы шипел ругательства, но с места не двигался.

— Джеймс? — Я коснулась бледного лица друга, когда вспышки прекратились.

Вампир осторожно разжал пальцы, до этого мертвой хваткой сжимающие мое тело. Видимо, только это и позволяло ему держаться, потому что в следующее мгновение он завалился на бок и закрыл глаза.

— Джеймс, — испуганно выдохнула я, не на шутку испугавшись за друга, но сосредоточиться на нем мне не дали.

Мы были не одни. Кто-то прятался в тени и следил за нами. Он жаждал развлечений, и тихая насмешливая песенка стала тому явным доказательством.

Слезы не прячь, будет больно — поплачь.

Жизнь так трудна, ведь ты снова одна.

Глазки закрой, провались в тишину,

Песенку спой, погружаясь во тьму.

Поднявшись на ноги, я прикрыла глаза и сосредоточилась на чужом голосе, стараясь определить источник.