Королева на всю голову - Ольга Дашкова Страница 62

Под загорелой кожей перекатываются мышцы спины, бицепсы напрягаются при каждом движении. Пот блестит на торсе, стекает по животу и исчезает под резинкой штанов.

Мой мужчина.

Мой невероятный, сильный, красивый мужчина.

Господи, Каро, ты сошла с ума!

Валера важно расхаживает рядом, словно охраняет своего хозяина во время тренировки. Время от времени он поглядывает на меня в окно и презрительно отворачивается.

Ревнуешь, Валера? Ничего, привыкнешь.

Смотрю на Богдана, и внутри все начинает пульсировать. Грудь тяжелеет, соски твердеют под тонкой тканью рубашки. Между ног разливается знакомая теплота — тело помнит, чего хочет.

Хочу его. Снова. Прямо сейчас.

Это желание накатывает волнами, сильное, неудержимое. Вчера я узнала, что такое настоящая страсть, и теперь не могу без нее жить. Не могу без его прикосновений, без его губ, без ощущения его тела рядом с моим.

Выхожу из дома босиком, трава под ногами прохладная, влажная от утренней росы. Иду медленно, наслаждаясь тем, как Богдан замирает на турнике, заметив меня.

Он спрыгивает на землю, в его взгляде появляется что-то мрачное, настороженное. Снова эта странная отстраненность, которую я заметила вчера после нашей близости.

Что с ним? Почему он так себя ведет?

Но я не собираюсь позволять ему замыкаться в себе. Не после того, что между нами произошло.

— Доброе утро, — улыбаюсь самой соблазнительной улыбкой, на которую способна.

— Доброе утро, — коротко отвечает он, но не отводит взгляда.

Он изучает меня — волосы, губы, фигуру под рубашкой. Бросаю взгляд на него ниже пояса и понимаю, что он уже возбужден.

Он хочет меня. Хочешь так же сильно, как я его.

— Хорошо спал?

— Нормально, — хмурит брови. — А ты?

— Замечательно. Лучше, чем за всю предыдущую жизнь.

Он молчит, но я вижу, как дергается мускул на его щеке. Что-то его беспокоит, но что? Неужели он сожалеет о вчерашнем?

Нет. Я не позволю ему сожалеть.

— Пойдем, — протягивая руку.

— Куда?

— Покажу.

Не жду ответа, просто беру его за руку — большую, теплую, мозолистую — и веду к озеру. Первые несколько шагов он сопротивляется, но потом покорно идет за мной.

— Каролина, что ты задумала? — в голосе слышится смесь подозрения и любопытства.

Не отвечаю, только загадочно улыбаюсь. У самой кромки воды останавливаюсь, поворачиваюсь к нему лицом. Богдан стоит в двух шагах от меня и смотрит с настороженностью.

Пора показать ему, что я не игрушка, с которой можно поиграть и забыть.

Медленно поднимаю руки к пуговицам рубашки. Расстегиваю одну, вторую, третью. Богдан следит за каждым моим движением, его дыхание учащается.

— Что ты делаешь? — хрипло спрашивает.

Вместо ответа я сбрасываю рубашку с плеч. Она падает на траву, а я стою перед ним обнаженная, как Афродита, вышедшая из морской пены. Утреннее солнце играет на моей коже золотистыми бликами, легкий ветерок с озера ласкает грудь.

Богдан замирает, словно превращаясь в статую. Его взгляд скользит по моему телу — медленно, жадно, оставляя огненные следы на коже.

— Каролина… — голос срывается на хрип.

Но я уже поворачиваюсь и захожу в воду. Холодная вода обжигает разгоряченную кожу, но это только подстегивает меня. Захожу глубже, пока вода не доходит до груди, а потом оборачиваюсь.

Богдан стоит на берегу неподвижно, с лицом, словно высеченным из камня. Но я знаю, что под этим каменным спокойствием бурлит вулкан желания.