Скандальное ЭКО - Елена Николаева Страница 62

«Я ведь могу заставить…» — вспоминаю слова Давида, делая глубокий вдох.

Безусловно, он это сделает.

Такие мужчины всегда добиваются своего.

Самое сложное сейчас — удержаться на ногах и не ударить в грязь лицом! Поэтому разуваюсь. Выровнявшись, чуть прогибаюсь в спине и неторопливо стаскиваю штаны. Закончив с ними, бросаю на пол, а затем выпрямляюсь. Гордо расправляю плечи.

В районе копчика начинает припекать.

Ягодицы в буквальном смысле покрываются густым, обволакивающим жаром.

Пятой точкой чую — что-то не так…

— Арин?.. — начинает Дава с небольшой заминкой. — Я наверное сейчас тебя удивлю, но мой внутренний врач просто не может промолчать. Он негодует.

— Отчего? — замираю, едва дыша, не понимая о чем он.

Дава прикасается пальцами к верхним шейным позвонкам, и меня будто током прошивает.

Вздрагиваю. Волоски на теле болезненно поднимаются.

Он начинает скользить подушечками вниз, к самому копчику, там и останавливается.

— Из-за твоих кхм-кхм.… сракодеров… — подцепляет пальцем ниточку трусиков и, оттянув, хлопает резинкой по чувствительной коже. — Нет, они, бесспорно, красивые… сексуальные, будоражат мужское воображение, даже слишком, но… Их грех трусами назвать. Ты стремишься отморозить попу в этих лоскутах? На дворе февраль лютует. Потом приходят ко мне такие красивые девочки, как ты, чтобы лечить воспаления. А все потому, что пренебрегают хлопковыми трусами.

От неожиданной прямоты у меня перехватывает дыхание.

Я резко оборачиваюсь, машинально закрывая руками грудь. Там, глубоко под ребрами, все сжимается в тугой, пульсирующий комок, и сердце невольно загоняется в тесный угол личных переживаний.

Он это серьезно?

Будет меня сейчас воспитывать?

Давать рекомендации по выбору нижнего белья?

— Обязательно туда смотреть? — выпаливаю, осознавая, что Руднев далеко не Марат. И от этого осознания в глазах начинает щипать. Я часто моргаю, чтобы прогнать последствия сдавивших за горло эмоций.

— На это невозможно не смотреть. Я же не монах в кельи. Не отшельник какой-то.

Взгляд Давида — темный и чуть затуманенный страстью — медленно сползает к моему животу, стягивает внутри невидимые пружины, а затем резко взмывает обратно, врезаясь в мой.

— В другой ситуации я бы отшлепал твою прекрасную задницу. Как врач, конечно. Но сегодня сочту за торжественный случай. Это парадные? Для встречи с гинекологом? — с легким смешком интересуется он.

Дурак!

Будь у меня под рукой веник — уже бы отхлестала этого нахала по самодовольной роже!

Глава 42

Давид

Ариша стоит напротив, сверлит меня убийственным взглядом, готовая схватить первое попавшееся под руки ведро и надеть мне на голову. И, видимо, не только на верхнюю. Еще и на ту, что ниже пояса, пытается оттопырить резинку трусов.

Блядь….

Нахрен мне сдалась эта баня?

Почему не сработала интуиция, когда я решался на этот безумный шаг?

Смотреть на чужую женщину в одежде — это одно. Оценивать соблазнительные формы обнаженной бестии в сексуальном белье, да еще и в интимной обстановке — это совсем другое.

Это, блядь, мазохизм чистой воды!

Давид, где были твои мозги, когда ты вызвался спасать ее от депрессии?

И что будешь делать теперь, когда сперма ударила в голову, а трахнуть чужую бабу — не вариант.

Интересно, она в курсе, что здоровый самец в расцвете сил не может прожить без секса больше трех дней? Он готов лезть на стенку и выть на луну, лишь бы сбросить напряжение в яйцах. Это я сейчас о себе.