Поэма о Шанъян. Том 1–2 - Мэй Юйчжэ Страница 63

Проходя через очередной кордон, я увидела знамя главнокомандующего – оно высилось над зданиями, покачиваясь под завывающим ветром. Украшал его ярко-красный орнамент с изображением тигра во всполохах огня.

Пройдя через последний кордон, мы вышли на учебный плац главного лагеря северной части Синьцзяна. Располагался он у подножия горы, вдоль обширного лесного массива. Неподалеку стояла сигнальная вышка высотой в несколько чжанов. В тридцати чжанах от нас была высокая трибуна главнокомандующего, с которой он проводит смотр войск и отдает команды.

Помню, как шуфу рассказывал мне, что когда в лагерь приезжает комиссар из военного министерства для инспекционной поездки, для него проводятся строевые учения и военный парад. На полигоне зажигают сигнальный огонь, а сидящий до этого момента в военном шатре главнокомандующий выходит, поднимается на трибуну и отдает приказ начать парад. После чего командиры армий занимают позиции и демонстрируют послу свои умения.

Я увидела, что под гигантской сигнальной вышкой в несколько рядов выложили дрова. Нам навстречу вышли люди в таких же черных накидках с капюшонами и с такими же эмблемами на груди.

— Кто вы такие и что тут делаете?

— Мы прибыли для инспекции по приказу императорского комиссара.

Бородач показал жетон.

Глава второй группы вышел вперед, взял жетон, внимательно рассмотрел его и тихо спросил:

— Почему опоздали?

— Сейчас только третья ночная стража [84], мы не опоздали, – ответил бородач.

Мужчина кивнул, вернул жетон, затем слегка поклонился и спросил:

— Прибыл его превосходительство господин Хэлань?

Стоявший рядом со мной Хэлань Чжэнь притворялся обычным охранником. Он спрятал лицо в воротнике и сохранял спокойствие.

— У господина есть важное поручение, ступайте.

Бородач тихо ответил:

— Слушаюсь, гарантирую неукоснительное исполнение приказа.

Мужчина кивнул и добавил:

— Рабочие силы готовы. Как все будет готово, дайте знать.

— Благодарю за услугу, господин! – Бородач сложил руки и склонился в поклоне.

Я наблюдала, как группа людей в черных накидках исчезает в ночи.

От осознания чего-то ужасного у меня все похолодело внутри. Конечно! У Хэлань Чжэня были свои люди даже среди подчиненных Сяо Ци! Неудивительно, что они с такой легкостью выехали из Хуэйчжоу, смешались с поставщиками провианта, да еще и средь бела дня без проблем проникли в Ниншо!

Я все думала, откуда у Хэлань Чжэня столько власти? Оказывается, за его спиной скрывалась огромная поддержка. Он вступил в сговор с выжившими хэланьцами, захватил ванфэй в заложники, задумал убить Юйчжан-вана, тем самым нажив себе врагов в лице не только Сяо Ци, но и всего рода Ван! Неужели Хэлань Чжэнь был действительно такой храбрый? Какую выгоду он преследовал? И как ему удалось найти союзников в стане врага? Как он смог внедрить туда своего человека?

Меня вывели за территорию плаца, в сторону леса. На опушке были установлены несколько деревянных столбов и барьеров. Чуть дальше стояли какие-то поразительные снаряды – наверное, для того, чтобы отрабатывать наступательный бой и построение войск.

К четвертой ночной страже [85] повсюду бегали солдаты. Кто-то уже вышел в патруль, кто-то только готовился. Никто не обращал внимания на людей «императорского комиссара». Всякий раз, как какой-нибудь патрульный проходил мимо меня, я чуть шевелила рукой, но Хэлань Чжэнь тут же предостерегающе хватал меня за нефритовый пояс.