Слабонервным не входить! - Наталья Юнина Страница 64

— Вам только коротенькой маечки не хватает, чтобы вся мужская половина района была вашей. Прям жених. Или невеста? Путаюсь я в этих пятьдесят оттенках голубого, – однозначно на новый год надо подарить ей кляп.

— Снова нарываешься, Наталья?

— Нарывается герпес у вас на губах, которым вы меня наградили. Садитесь завтракать. Кстати, у меня есть сосед. Кажется, он среди этих. Прическа у него такая же, как и у вас. Моднявая. Хотите познакомлю?

— А хочешь, я все же побуду ответственным мужиком, отвечающим за свои слова, возьму ремень и, как и обещал, отхлестаю твою задницу до красных полос?

— Спасибо за предложение, но вынуждена отказаться, – с милейшей улыбкой произносит Наташа и принимается ставить на стол еду.

В том, что она умеет готовить – сомнений не было, равно как и в том, что подаст мне какое-нибудь дерьмо, чтобы больше не просил мне готовить. И снова меня удивила. Просил блины? Получил. Аж целую гору налистников. Не забыла про сметану и сгущенку. И даже фрукты нарезала какой-то замысловатой, красивой формой. Вдобавок яичница с беконом и сосисками. Меня так не баловала даже влюбленная по уши жена. Что за херня?

— Кофе без сахара?

— Без.

— Приятного аппетита, Александр Владимирович.

И нет, не убегает, сломя голову, пытаясь поскорее одеться и свинтить. Садится напротив меня и принимается уплетать блины, обмакивая их в сгущенку. Мне перевалило за сорокет. Секс перестал превалировать над здравым смыслом. Время страстей уже в прошлом. Но какого-то хрена я таращусь на то, как она ест блины и слизывает с пальцев сгущенку, как пацан, впервые увидевший голую бабу. Не сгущенка у меня сейчас на уме. Вот совсем не она. Приплыли, блин. Надо как-то абстрагироваться.

— Как-то ты странно себя ведешь. Взгляд не в пол. Не убегаешь.

— А надо?

— Ну, я так-то твои трусы видел, – замечательно абстрагировался.

— И герпесом наградили. Благо не генитальным. Ну, видели и видели трусы.

— И даже совсем не стесняешься.

— А надо? – вновь повторяет, облизывая пальцы. Гнать отсюда метлой! – Стеснялась бы, если бы трусы были с дыркой, а так все норм.

— Что-то ты больно радостная.

— Приснился жених на новом месте, чего б не радоваться.

Несколько секунд молчим, уставившись друг на друга, затем синхронно начинаем смеяться.

— А если серьезно?

— Ночь выдалась продуктивной. Полторы алки.

— Нашла полторашку и выжрала в одну харю, алкашка? – сметаю яичницу с сосискам как будто сто лет не ел.

— АЛ – авторский лист. Это я его так зову – алка. Накатала полтора авторских листа.

— Писала, значит.

— Ага.

— Это типа много?

— Эта типа дохрена.

— То есть я твой источник вдохновения? – тянусь за блином, неотрывно смотря на задумавшуюся Наташу.

— Нет, конечно. Гена. Он же со мной спал.

Перевожу взгляд на собаку, облизывающуюся на сосиски. Продажный сученыш.

— Намек понят. Я должен с тобой спать.

— Плохо у вас с намеками. Ешьте, Александр Владимирович. Приятного аппетита. А мне пора домой. Дела, – вновь облизывает пальцы от сгущенки. Оторвать их на хрен.

— Какие дела?

— Поздороваться с пылью, А также попрощаться с дохлыми мухами на балконе. Все надеялась, что они исчезнут сами собой, но мерзавки не хотят самоликвидироваться. Придется сегодня заняться их похоронами. Надеюсь, в этот раз вы не захотите на поминки?