Жестокие тайны - Морган Бриджес Страница 64

Я так рада, что вонзила шпильку в того ублюдка. И что он меня не поймал.

Он стоит, скрестив руки на груди, и злобно смотрит на Ксавье, а потом переводит взгляд на меня. И в его глазах теплится что-то мерзкое.

Я выдерживаю его взгляд. Дрожь пробирает от горящей в глазах ненависти, но я не отворачиваюсь, питаюсь этой злостью, превращая ее в свой щит.

Командующий в плаще медленно хлопает в ладоши, разрывая нашу дуэль взглядов. Потом указывает на пустой алтарь. Я глотаю ком в горле.

— Вторая невеста была выбрана и помечена в знак силы, которая связывает ее с рекрутом, – произносит он. – Осталась только одна.

Член Cовета оборачивается к нам, и Ксавье сильнее сжимает мне руку. Его лицо скрыто маской, но я чувствую, как от него фонит предчувствием того, что должно произойти. И ожидание чего-то жуткого волной накатывает на меня, ломая решимость.

Да пошел он!

— Пора, – шепчет Ксавье, склоняясь ко мне.

Глава 29. Делайла

Ксавье выпускает мои пальцы, уверенно обнимает за талию и ведет к алтарю. От жара его ладони мне чуть легче переносить поднимающийся изнутри холод. Но стоит мне заметить пристегнутые к цепи оковы, как я уже больше не могу изображать храбрость.

Едва не спотыкаюсь, запутавшись в собственных ногах. Ксавье крепче обнимает меня и помогает удержаться на ногах, не давая ни опозориться, ни сбежать.

Раньше я не замечала металлических оков, потому что на Джун их не было. Но раз увидев, не могу отвести взгляд. Он что, правда наденет их на меня?

— Ложись на алтарь, – командует Ксавье. Я не двигаюсь, и он, наклонившись ко мне, шепчет, чтобы другие не слышали: – Покажи им когти, маленький ястреб.

Почему-то это прозвище придает мне душевных сил. Оно словно подчеркивает, что Ксавье на моей стороне, а не на стороне Ордена. Я понимаю, что это, наверное, просто от стресса, но мне все равно.

— Они хотят, чтобы ты боялась. Не доставляй им такого удовольствия.

Слова Ксавье отзываются внутри, как мантра, как боевой клич. Вскидываю подбородок и выпрямляю спину. Я не позволю им сломать меня. Моего страха они не получат.

А вот ярость – вполне.

— Нет, – громко и отчетливо произношу я.

Ксавье движется как молния. Моментально хватает меня и швыряет на каменную плиту. Воздух из легких выбивает, я пытаюсь вдохнуть ртом. И даю волю инстинктам.

Бросаюсь на него, как дикое животное. Царапаю ногтями его руки, ладони, добавляя новые отметины к тем, что я оставила раньше, когда он душил меня. Только эти не от страсти, а от ярости.

Хватаюсь за его маску и пытаюсь сорвать ее, чтобы дать Ордену понять, что я не ведусь на их игры и манипуляции. Ксавье недвижим, как камень под моей спиной. И так же холоден.

Вдавив пальцы мне в плечо, он прижимает меня к алтарю. Не обращая внимания на боль, я замахиваюсь свободной рукой и бью его в челюсть. Он глухо стонет и склоняется ниже, не давая возможности снова ему врезать.

— Неплохо, но есть к чему стремиться, – шепчет он, глядя мне прямо в глаза.

Это весточка из прошлого – первое, что он сказал мне когда-то. В воздухе между нами висит немой вызов.

Я не отвечаю, экономлю силы на борьбу.

Оттолкнув Ксавье, начинаю извиваться под ним. Он давит на меня всем телом, старается обездвижить, подчинить. Вдруг запястья касается холодный металл, и я кричу.