Дистанция - Луна Мейсон Страница 65

— Хорошая девочка, – хриплю я, большим пальцем обвожу ее нижнюю губу, и она лижет его. – Соси.

В ее глазах светится вожделение. Мы не произносим ни слова, пока она открывает рот и смыкает губы на головке, после чего неторопливо посасывает член и водит по нему языком. Боже мой, я в раю.

Она продолжает вбирать меня все глубже, пока не заглатывает настолько, что на ее глазах выступают слезы, но она не останавливается и, набирая темп, изящными пальчиками обхватывает и поглаживает мои яйца. Каждый нерв в моем теле напряжен до предела, вены на шее почти лопаются.

— Черт, Сиенна, ты великолепна! – выдавливаю я, едва сдерживая стон.

Я не хочу кончать ей в рот. Если я и кончу, то только в ее идеальную узкую киску. Я наматываю на кулак ее волосы, собранные в хвост, и отрываю от себя.

— Келлер, я хочу, чтобы ты вошел в меня, – умоляет она.

Не теряя времени, я бросаю взгляд на висящую на цепи боксерскую грушу. В голову приходит идея, моя самая желанная фантазия.

— Развернись, схватись за грушу и отставь свою задницу, – требую я.

Она немедленно повинуется и теперь дразнит меня своей идеальной попкой. Сокращая расстояние, я провожу членом вверх и вниз по ее входу, покрываясь ее соками, и лишь после этого скольжу в нее. Она реагирует вскриком. Какая же она узкая и идеальная. Я, черт возьми, вот-вот кончу. Она кричит, когда я врезаюсь в нее и резко выхожу, обхватывая ее идеальные ягодицы.

— Потерпи, принцесса.

Это расплата за то, что она ушла, не попрощавшись, за то, что позволила Грейсону прикоснуться к ней, за все дни моей гребаной жизни, когда я ее не трахал. Не знаю, как долго я наслаждаюсь ощущением ее тела, пока мой член растягивает ее невероятно тугую киску. Она высасывает из меня все соки, капля за каплей.

— Келлер, пожалуйста. – Я едва слышу ее из-за громких шлепков наших бедер, нашего тяжелого дыхания и моих стонов. – Келлер? Келлер!

Я крепче сжимаю ее ягодицы. Когда я отчасти прихожу в себя и смотрю на нее, то замечаю, что на ее глазах выступили слезы, и она морщится. Она даже не дышит.

— Кончи для меня, детка, – рычу я.

Мой член пульсирует так сильно, что мне почти больно. Я не останавливаюсь. Все ее тело дрожит. Я не могу прекратить.

Боже, как она великолепна, когда держится почти на весу. Мне приходится поддерживать ее в вертикальном положении.

— Келлер. Боже, пожалуйста, сэр! – шепчет она, в ней почти не осталось сил.

Как только она произносит «сэр», я изливаюсь в нее, и каждый дюйм моего тела покрывается мурашками. Я даже не пытаюсь, но чувствую, как ее дыхание выравнивается. Наши тела, покрытые потом, скользят друг по другу.

Клянусь, эта женщина сведет меня с ума.

— Господи, Келлер, если боксерам нравится трахаться так, я хочу пятерых, – дразнит она, все еще тяжело дыша.

— Даже, мать твою, не думай об этом. Я ни с кем не делюсь. Только не тобой, никогда. Поняла?

Она отстраняется от меня, вся раскрасневшаяся, и в ее глазах вспыхивает огонек.

— Есть, сэр.

Медленно выходя из нее, я заключаю ее обнаженное тело в свои объятия.

— Если не хочешь, чтобы я трахнул тебя снова прямо сейчас, не зови меня «сэр».

Она хихикает и высвобождается из моих рук. У меня внутри все холодеет. Она наклоняется и начинает собирать свою одежду.

— Серьезно, Сиенна? Так сложно было дать мне хотя бы пару минут передышки, прежде чем светить своей идеальной задницей и снова доводить меня до стояка?