Образцовый доктор - Татьяна Донченко Страница 65

Его поцелуй был красноречив и многообещающ, но он ничего не сказал вслух. Хотя этот мужчина больше проявлял себя в поступках, чем в словах, все же хотелось узнать его мысли по этому поводу.

Он протянул руку через стол, словно почувствовав мое беспокойство, и сжал наши пальцы в замок.

— Ален… я должен кое-что спросить, – он погладил мою ладонь кончиком большого пальца и поймал мой взгляд, – кто вписан в свидетельство о рождении Машули?

Ну, хоть что-то в этой жизни я сделала правильно.

— Никого.

На его лице промелькнуло выражение облегчения, плохо скрываемой радости.

— Почему?

— Ну… во-первых я точно знала, что она – твоя

Его губы тронула легкая улыбка. Он поднес наши соединенные руки к своим губам и нежно поцеловал мою ладонь несколько раз.

— Во-вторых, Валера всегда избегал участия в жизни Машули, словно подсознательно не принимал её. Когда я была беременна, он ничем не помогал. И после рождения дочери он не изменился. Ты думаешь, он хоть раз посмотрел на свидетельство о рождении?

— А ты согласишься добавить туда имя?

— Твое? – спросила и поняла, что вопрос был тупой.

Мы оба усмехнулись.

— Извини, я немного нервничаю.

— Я тоже. Только не злись, я кое-что узнал, много вариантов крутил в голове, боялся, что твой бывший вписан как отец или еще чего захочет отомстить и пойдет в суд. Но то, что его имени нет в документе, это просто подарок! Теперь легко будет всё сделать, и… Просто нужно будет пройти процедуру установления отцовства, а потом можно будет вписать меня. Ты не против?

Он не просто спрашивал, а как будто даже настаивал. И меня это очень радовало!

— Конечно! Я бы и сама предложила, но то, что об этом просишь ты… это… – не смогла ничего сделать, на лице появилась широченная улыбка.

Он улыбнулся и посмотрел на меня с голодным блеском в глазах, словно карбонары было мало.

— Я бы отметил это событие, – сказал он, слегка прикусив кожу на моей ладони. Затем он лизнул место укуса. – Но тогда я еще больше опоздаю с перерывом, а у меня, знаешь, строгая начальница.

Я усмехнулась, вспоминая Люсю в гневе. Она вызывала одновременно уважение и страх. Сразу становилось ясно: начальница от бога.

— Можно еще спросить? – став серьезным спросил он.

— Конечно.

— На счет сегодняшнего…

— Период максимально небезопасный, – сказала я, возможно, опередив его вопрос.

— В прошлый раз он был безопасным, – усмехнулся Алексей.

— М-да, никаких гарантий от меня…

— Главное, что они есть от меня, – он чмокнул мою ладонь и встал. Я встала вместе с ним.

Кораблев собрал свои тарелки и поставил их в посудомойку. Затем он взял мои тарелки со стола и разместил их рядом в ячейках. Этот простой жест, вероятно, остался незамеченным для него самого. Но для меня он имел значение. После пяти лет брака, когда мужчина просто вставал и уходил, оставляя за собой посуду, этот поступок выглядел естественно и непринужденно, а не как подвиг Геракла.

— Боже мой, мужчина, я от вас без ума! – я усмехнулась, когда он повернулся и увидел меня, потрясенную его обычным жестом.

— Взаимно, я тоже от себя в восторге, – засмеялся он и подтянул меня к себе за пояс моих велосипедок. – Нужно внести запрет на эти штаны. Вижу тебя в них и не могу оставаться… хм… равнодушным.

Он поцеловал меня в губы.

— Надеюсь, приход… Эли… не сильно тебя расстроил. Я сказал ей правду, мы с ней расстались как только я вас с Машулей увидел. Прости за это, я неправильно себя повел в момент первой встречи. У меня был такой хаос в голове!