Душа кумира - Юлия Узун Страница 66

— Хорошо. Смотри, если это доставляет тебе удовольствие.

— Буду надоедать советами.

— Договорились.

— Я испорчу все твои свидания.

Наконец, я рассмеялась.

— Если ты останешься, у меня не будет свиданий.

— Так нельзя. Ты должна жить, — серьёзно сказал Райан. — Должна найти любовь, выйти замуж. Должна построить карьеру, завести много друзей. София, у тебя столько всего впереди.

— Мне тридцать два, Райан. О чём ты говоришь?

— В тридцать два ещё можно родить ребёнка. Просто сядь вот сюда, — он провёл по мне руками, они прошли сквозь тело, но я села, будто он сам подтолкнул. — Умница. Теперь скажи, что ты сделаешь первым делом, когда вернёшься домой.

— Приведу квартиру в порядок. Потом… надо будет найти работу. У меня было три работы. Одну потеряла у тебя на глазах. С двух других тоже, наверное, турнули. Только я не имею представления, куда подамся. В голове пусто. Здесь другой мир, другие мысли. Знаешь, я как будто в коме была все эти недели, вот-вот очнусь и вернусь в реальный мир. А он несправедлив — наш тёмный и неприветливый мир. А Москва зимой серая и холодная.

— Купи мою виллу. Вернись к Кристиану Дугласу, займись своей карьерой. Не надо уезжать. Дуглас всё устроит. Ну что ждёт тебя там, скажи?

— Нет, Райан. Я чувствую, что должна вернуться домой. Не знаю, что меня тянет, но… я должна, понимаешь?

— Понимаю. Там твоя мама, твой дом, твои друзья.

— У меня одна единственная подруга. И с той я не очень часто вижусь. А теперь и подавно. Раньше мы работали в одной школе. А теперь… я безработная.

— Тебе оповестили?

— О чём?

— Что ты уволена.

— А-а-а, нет. Но кому захочется работать с безответственным преподавателем, который, не уведомив, исчезает из города? Никому, Райан. Я приду к ним и получу сначала выговор, потом мне укажут на дверь. Так и будет.

Мы замолчали, наблюдая за тем, как солнце медленно опускается за горизонт, окрашивая золотом крыши домов. Зрелище потрясающе красивое, но мне и в голову не пришло это сфотографировать. Я с горечью осознала, что за всё время, пока была здесь, не сделала ни одной фотографии, будто хотела спрятать это настоящее от всего мира. Правильно ли это? Получатся, я поехала в чужую страну и не насладилась ощущением свободы. Я не поняла, что путешествовала, настолько сильно была затянута в проблемы призрака.

— Райан? Ты ещё здесь?

— Угу. Ты от меня не избавишься.

Я чуть улыбнулась, но тут же спрятала улыбку.

— Как ты думаешь, если бы твоё тело ожило, ты вспомнил бы обо мне? Ведь это как сон.

— Не знаю, София. Очень хотел бы помнить.

— Почему? — я посмотрела на него. Сердце так и билось в груди.

— Потому что ты стала для меня особенной, — тихо произнёс он, с трудом веря, что имеет право на такие слова. Он смотрел на меня так, как раньше не смотрел. Без привычной иронии, без строгости. — Знаешь… тогда, в самом начале… я ведь не тебя искал. Я просто ждал хоть кого-нибудь, хоть какой-то знак, что не исчез окончательно. И вдруг ты меня увидела. Помнишь, как ты испугалась? Я не осознавал многих вещей. В голове билась мысль, что мне нужна помощь. А ты меня видела, отвечала мне…

Я замерла, боясь дышать. Вглядывалась в каждую черточку на его лице, насколько это было возможно. Хотела запомнить и никогда не забывать.

— Потом я начал тебя узнавать. Такие мелкие вещи, которые иной раз обычный человек не станет воспринимать — как ты морщишь нос, когда думаешь. Как закрываешь глаза, когда играешь на пианино, как пытаешься быть сильной даже тогда, когда внутри всё рушится.