Строптивая попаданка для ректора. Секреты зельеварения - Александра Мауль Страница 67

— Ты не любишь меня Элиза. Потому что не знаешь. — я устало поднимаюсь, а она бросается ко мне, хватает за руки, затем обнимает за шею, плачет, прижимается и начинает покрывать моё лицо поцелуями.

Вот теперь я действительно чувствую раздражение. А ещё отвращение и желание скинуть с себя эту женщину.

Элиза рыдает, обвиняет меня в том, что ничего не получилось и в том, что я ломаю ей жизнь.

Говорит о том, что не сможет без меня.

Когда она затихает я аккуратно отстраняюсь и сообщаю Элизе, что завтра сообщу её отцу о нашем разрыве.

Глава 24

Глубоко вдыхаю и смотрю на своё отражение в зеркале. Моя магия ещё какое-то время назад была мне подвластна, а теперь снова нестабильна.

Я чувствую такую усталость по утрам, что у меня выкручивать руки, а голова ощущается тяжелой. Сначала я решила, что это из-за моего падения в ледяную воду. Может переохлаждение или простуда. Но в медицинском блоке меня обследовали и не обнаружили ничего подобного. Только странную крохотную брешь. Что это и отчего произошло я решила выяснить позже.

Сейчас думаю, что следовало отнестись к этому серьезнее, потому что моё самочувствие становиться хуже с каждым днём, а тем временем Анвар обещал, что уже очень скоро мы отправимся к прорыву.

Я больше не занимаюсь мелкой работой и поручениями. Я занимаюсь исцеляющими зельями. Точнее совершенствую те, что уже есть.

Если честно я замахнулась на кое-что недостижимое, но уверена, что у меня все получится.

В империи есть целый список запрещенных зелий под названием «Тарар». В основном туда входят зелья, которые способны завладеть разумом и волей человека, подчинить и заставить делать ужасные вещи, зелья, которые вызывают страшные галлюцинации, заставляя испытывать муки, но есть и кое-что что мы можем отнести к исцелению. Я не знаю, по какой причине эти зелья внести в запрещённый список и состав их нигде не найти, но я знаю, что одно из них может исцелить за пару часов. Потому задалась целью сделать хоть что-то похожее. Анвар сказал, если случится прорыв им предстоит сражаться с теми, кто не знает страха, не испытывает боль, голод и жажду. Поэтому уже несколько дней подряд я пропадаю то в библиотеке, то в маленькой мастерской, которую мне доверил господин ректор.

А ещё… он оставил мне пропуск в главный корпус академии и позволил пройти в библиотеку. Я снова оказалась в этом величественном потрясающем месте с большими колонами, с мягким светом от магических светильников. На этот раз я разглядывала каждую картину, каждую статую и лепнину. Неспеша пересекла коридор вдыхая запахи академии: камня, пергамента воска. И ещё больше наслаждения испытала, когда оказалась в огромной библиотеке. У меня глаза разбежались от такого количества книг и свитков. Три этажа настоящих бумажных сокровищ, знаний и рецептов из прошлого.

Сам господин ректор покинул академиюнесколько дней назад в компании своей истинной.

Зажмуриваюсь, трясу головой, чтобы прогнать тупую боль и снова смотрю на себя в зеркало, а затем возвращаюсь в комнату и застаю Амалию у своей кровати.

— Что ты ту делаешь? — спрашиваю я, когда она резко выпрямляется и выглядит перепуганной, словно я поймала её на месте преступления.

— Кое-что уронила и хотела посмотреть — быстро находится с ответом она. Но я ей не верю. Внутри вспыхивает злость на эту драконицу. Я практически не появляюсь в комнате, мы не общаемся, не пересекаемся, но она продолжает делать мне какие-то пакости.