Любава-травница Галиаскаса... - Резеда Ширкунова Страница 67

— Думаешь, там можно что-то найти? — удивилась Любава. — По моему мнению, если что-то и оставалось после разрушения, то всё давно превратилось в труху.

— Не скажи, — усмехнулся он. — Древние умели ценить тайные книги, поэтому на каждую из них был наложена печать нетления. Даже если на вид они будут казаться готовыми рассыпаться, этого не произойдёт.

И тогда Любава вспомнила подаренные богиней Вишаньей книги ее рода.

Они пробрались сквозь нагромождённые камни внутрь здания и заметили в углу железную дверь.

Глава 30

Дверь открыть было несложно. Верион применил магию, и замок разлетелся на мелкие кусочки. Время и погодные условия сделали своё дело. Тайное хранилище оказалась большой изолированной комнатой без окон, заставленное полками и ящиками. Везде пахло пылью и особым библиотечным запахом.

— И где же мне искать разгадку для возвращения души в тело? — огорчённо спросила Любава. — Мы здесь и за месяц не справимся, а у неё сегодня последний день.

— Ты же видящая. Позови того, кто отвечает за все это, — дал подсказку главный маг.

— Домовик вряд ли здесь живёт, ему же надо тоже чем-то питаться. Может, дух какой есть?

Она вопросительно посмотрела на Вериона. Он в ответ пожал плечами.

— Никогда не интересовался!

Тут перед ними возник лешак.

— Хватит, Хран, голову морочить, видишь в гости к тебе видящая пожаловала.

Поднялся небольшой ветерок и разметал волосы гостям, в недрах хранилища что-то заскрежетало, словно судно на мелководье, пытаясь сориентироваться, а после, пока не наступила тишина. Любава подняла голову и от неожиданности вздрогнула. Перед ней висел призрак: призрак Деда Мороза, было бы правильнее сказать. Такой же богатырь с длинной бородой и в расшитом кафтане поглаживал свои седины и ехидно улыбался.

— С чем пожаловала, видящая?

Любава поклонилась духу.

«Кто его знает, как с ним себя вести, сделаю что-нибудь неправильно — могу помощь не получить», — подумала травница.

— М-м-м… мне помощь нужна, дух хранитель, женщину спасти надо.

Она быстро пересказала, каким образом навелась порча. Хранитель минуту помолчал, затем взмахнул рукой, и у женщины в руках оказалась толстая книга, написанная непонятным языком.

— И как же я разберусь здесь? — расстроилась женщина.

— Я знаю язык, — шепнул ей на ухо Верион.

— Могу ли я забрать с собой книгу, хранитель? — спросила травница.

— Обещай, видящая, что ни словом, ни делом не причинишь вреда живым существам благодаря этим книгам, — потребовал дух.

— Обещаю, хранитель, — ответила Любава и вновь поклонилась.

— Захаживай иногда, последняя из рода Инсигнис, в моем хранилище есть книги, написанные твоими предками.

— Сейчас можешь дать? — поинтересовалась женщина, глаза её при этом загорелись любопытством.

Дух лишь рассмеялся и отрицательно покачалголовой. Поблагодарив хранителя и пообещав в ближайшее время встретиться, Любава с Верионом по этой же тропинке вернулись к кромке леса.

— Перемещаемся сразу к больной? — спросила Любава.

— Да, сниму порчу и потом будем искать способ возвращения её духа в тело.

Так и сделали.

С момента, как Любава покинула этот дом, ничего не изменилось. Курана с девочками находилась в детской, разучивала с ними детскую игру, её мать так и лежала смотря в одну точку.

Верион прошёл в комнату к больной и, выставив вперёд руки, стал проговаривать что-то на непонятном языке. Читал он долго. Всё тело главного мага вспотело от напряжения, длинные волосы спутались, по лбу скатилась капля пота и упала прямиком на покрасневший нос. Закончив, он кулем рухнул на рядом стоявший стул и прохрипел.