Измена. Обманчивое превосходство - Дина Павлова Страница 67

Еще в начале наших отношений он задал интересный вопрос:

– Зачем мне знать всех этих художников? Зачем мне в них разбираться? Что мне это даст?

Я попыталась ответить, что искусство – это не про практический смысл… Но мне не хватило аргументов. Не смогла я отстоять свою позицию. И теперь, вспоминая тот разговор, я осознаю, что как-то быстро, может из-за молодости, может потому, что характера не хватило, я стала подстраиваться под Аркашу. А теперь, когда он нашел себе новое счастье, когда исчез из моей жизни, я не то чтобы стала ощущать себя свободнее и счастливее, я чувствую себя другой.

Пока мы едем, Виталик рассказывает про себя, потом про выставку, про Дали… А я ловлю себя на мысли мне очень нравится общество моего нового друга. Это как глоток свежего воздуха и при этом невидимые теплые объятья одновременно.

Виталик не пытается сократить дистанцию между нами, хотя я чувствую, что хочет. По тому как нет-нет, но касается моей руки, как не сводит с меня взгляда, как внимательно слушает. Иногда я думаю, а вдруг у его ухаживаний есть… Злой умысел что ли? Может Виталий хочет что-то разведать через меня о Владимире Петровиче? Но нет. Точно нет. Во-первых, я не владею информацией о бизнесе, во-вторых, лично у меня ничего нет. По сравнению с Виталиком, с Аркашей, да и с собственными детьми! Я бедна как церковная мышь.

Вечер проходит приятно. И когда мы уже ужинаем в одном из лучшихресторанов, Виталий как бы между прочим у меня спрашивает:

– Мы еще увидимся?

– А ты хочешь? – улыбаюсь, не сводя с него взгляда. И снова в голове мысль: ну не может же этот мужчина с ходу настолько мною увлечься! Сразу. С первого взгляда. Так бывает только в книжках. И снова себя одергиваю: до того как Аркаша так поступил со мной, я была куда более уверенной в себе.

– Конечно! Я бы с тобой и не расставался. Ты мне очень нравишься.

Воцаряется молчание. В моей голове миллион мыслей: если мы сойдемся, как на это отреагируют мои дети? А Владимир Петрович? А вдруг я ошибусь, и что тогда? Больше всего я боюсь всем навредить. Ведь будь Виталик парнем «с улицы», и проблем было бы меньше…

– Ты тоже мне нравишься, – киваю, – Но давай поговорим честно: как ты представляешь что будет с нами дальше?

– Просто, – пожимает плечами, – Наши отношения будут развиваться так, как тебе комфортно…

Невольно прячу глаза. Комфортно! Мне комфортно уже сейчас в отель поехать, после ужина. Но я вроде не такая. А может и такая, но не сегодня, и не сейчас. Поэтому Виталик отвозит меня домой, и… Мы даже не целуемся. Я выпархиваю из машины и иду к подъезду. Мои ладони снова влажные. А может надо было все-таки расстаться немного более близкими людьми? Нет-нет-нет! Успею! Точно успею.

Вечером, где-то через час я получаю сообщение: «Спокойной ночи». А вот Таня пока что так ничего и не заметила, даже не обратила внимания, что мама куда-то ездила, хотя обычно вечера я проводила дома. С другой стороны, подростки больше зациклены на себе в таком возрасте.

Следующее утро тоже начинается с сообщения от Виталия. Пожелание доброго дня. А у меня губы сами растягиваются в улыбке. Все-таки что ни говори, а мужчина, его наличие – это важно. Он придает женщине блеск, радость, даже очарование.

На работе перемену в моем настроении замечают сразу. Одна из медсестер, Арина, с которой у нас довольно доверительные отношения, глянув на меня, произносит: