Слабонервным не входить! - Наталья Юнина Страница 67

— Вы всех участниц видели?

— Всех.

— И вас ничего не смущает?

— Ты про то, что есть с лишним весом?

— Да.

— Почему меня это должно смущать? У тебя его нет, но ты зассышь выйти в купальнике. Будут какие-нибудь ужимки и сто процентов накидка на купальник. Так что это смущает только тебя, – вот же собачий сын. – А кого еще – узнаем завтра вечером. И, кстати, ставлю на то, что не ту, которая имеет самый большой вес. Все проблемы, Наталья, у нас в черепушке. Хочу тебе напомнить, что ты участница. Во время занятий мы можем только переписываться. И то, если это важно. Ты помнишь свою основную задачу?

— Показать вам сиськи? Окей, давайте прям щас. Я покажу, но на первое занятие не пойду. По рукам?

— Вторая попытка. Твоя основная задача?

— Помощи зала не будет?

— Твоя основная задача – помочь мне раскрывать их женскую сущность.

— Окей. Раскроем. Я могу идти?

— Помни, что ты не циничная и не страдающая от своего одиночества стерва, а молодая женщина, которая хочет найти своего мужчину и выйти замуж, – вот кто бы мог подумать, что будет так сложно сделать подходящее выражение лица. – Мать, ты потренируйся дома. Чтобы с такой миной не появлялась. Вспомни плюсы от появления в доме мужика и осчастливь свою мордашку.

Вот уж не подумала бы, что его слова помогут. Это действительно работает.

— Ну вот. Можешь же, когда захочешь. О каких плюсах хоть подумала?

— Рукастый мужик лампочки поменяет. У меня как раз перегорела.

— Ну, кто бы сомневался, что плюсом был не секс. Ну, ничего, это тоже сойдет. Вопросы есть?

— Да. Кормить там будут?

— Охрененный вопрос. Будут Вменько, будут.

* * *

Час икс. Еще никогда я так не ждала Катиного прихода. И, как назло, ее говноначальник ее задерживает. Придется идти в гнездо разврата без нее.

Гнездо, иначе назвать раздевалку никак не получается. Сколько бы мне ни было лет, и какой фигурой бы я ни обладала, никогда я не смогу нормально относиться к тому, чтобы переодеваться полностью голой перед кучкой незнакомых баб. Ну, кстати, знакомых, ибо я всех участниц знаю в лицо, но сути не меняет. Вылетаю из раздевалки словно ошпаренная.

Не придумав ничего толкового, иду в туалет, чтобы переодеться. И, о чудо, все кабинки в кой-то веки свободны. Хоть переодеваться в столь тесном пространстве неудобно, это всяко лучше, чем светить своим телом при посторонних. Быстро избавляюсь от кофты и джинсов. Хватаюсь за резинку трусов, но не успеваю их стянуть. Кабинка туалета резко открывается. Не знаю, что меня больше поражает, что я ее на хрен не закрыла или то, что передо мной стоит Полуянов. Как вашу ж мать это может быть?!

Я настолько дезориентирована, что не сразу соображаю, что надо прикрыть обнаженную грудь. Вот только дезориентирована не только я. Этот кобель совершенно не стеснясь пялился на мою грудь и продолжает это делать, даже когда я прикрыла ее руками. А дальше хуже. Полуянов принимается расстегивать ремень, а затем молнию на джинсах.

— Александр Владимирович, а что вы делаете?

— По-джентльменски сравниваю наше положение.

— А по-русски?

— Раздеваюсь, Наталья Евгеньевна. Нравится?

— Александр Владимирович, вас когда-нибудь били?

— Нет, – как ни в чем не бывало произносит мой начальничек, не отводя взгляда от моих верхних девяносто.

— Ну, вот с почином вас, – не раздумывая сжимаю руку в кулак и замахиваюсь им в Полуянова.