Финишная черта - Мари Милас Страница 67

Я смотрю на дедушку, затем на отца и остальных членов собрания. Все увлечены отчетом за четвертый квартал, кроме меня… Я тянусь к карману с такой осторожностью, как если бы обезвреживал мину.

Август, который просто Гас: *удивленный свист*

Август, который просто Гас:Должен ли я обращаться к тебе в соответствии с титулом в этой переписке? Лорд Рассел? Уильям Рассел? Уильям Аарон Рассел? С цифрой или без? Или просто Лиам? Считаю, мы должны выяснить этот вопрос.

Господи, кажется, Гас – еще одна версия моего друга Нейта.

Я:Просто Лиам.

Август, который просто Гас:Хорошо, Просто Лиам. А теперь шутки в сторону. Я понятия не имею, что происходит с этой женщиной. Она моя головная боль и гордость одновременно. Аврора очень нервная. Не то чтобы она когда-то была спокойной. Каждый раз, когда я спрашиваю, что с ней, она скалится, как будто собирается отгрызть мне конечность. Возможно, я даже слышал рык. Короче, ближе к делу. Ты можешь с ней поговорить?

Я:Если тебя она пожалела и ничего не отгрызла, то со мной такое не пройдет. Аврора вцепится мне в глотку, как только узнает, что я пытаюсь понять, что с ней.

Август, который просто Гас:Абсолютно дикая, скажи?

Я:Еще одно такое слово в ее адрес, и в твою глотку вцеплюсь я.

Август, который просто Гас: *злодейский смех*

Я:Выясни, что с ней. Если Аврора плохо покажет себя в этом сезоне, она будет разбита.

Август, который просто Гас:Я не твой секретарь. Выясни сам. Я не думал, что ты трус, Просто Лиам.

— Уильям.

Я поднимаю голову и обнаруживаю, что на меня смотрит десяток пар глаз.

Дерьмо.

Дедушка стискивает челюсти, это едва заметно, но я вижу. Так же, как и то, что у него слегка дергается бровь. Отец же, как всегда, спокойнее удава.

Я откашливаюсь, убираю телефон и беру в руки бумаги, опуская на них взгляд.

Дедушка возвращается к теме совещания:

— Спасибо за предоставленную информацию, мистер Белтон, ваше подразделение выпол…

— В отчете за четвертый квартал ошибка.

В зале повисает такая тишина, что можно услышать урчание чьего-то живота.

Я только сейчас осознаю, что перебил Аарона Рассела. Никто никогда не делает этого. И под «никогда» я имею в виду даже чертову непринужденную беседу.

Дедушка не злодей, но его уважают настолько, что это иногда граничит со страхом. И я тоже не должен был перебивать его, несмотря на то, что он учил меня кататься на велосипеде. Здесь, в этом зале, мы не родственники.

— Прошу меня извинить.

— Продолжай, Уильям. – Отрезает дедушка, сцепляя руки в замок.

Я снова опускаю взгляд в документы, а затем выпрямляюсь и смотрю на всех взглядом Расселов. Уверенность выбрасывается в мою кровь подобно адреналину. Я ощущаю, как пространство начинает сжиматься, словно требует доказательства того, что я заслуживаю сидеть за этим столом. Все взгляды устремлены на меня, но особенно острыми я чувствую глаза дедушки.

— В разделе о прогнозах роста упущен ключевой параметр, – говорю я на удивление ровно, хотя внутри все кипит. – Процентная корректировка себестоимости за счет новых поставок от азиатских партнеров. Если оставить это как есть, то предполагаемая рентабельность на следующий год будет завышена минимум на четыре процента.

На мгновение я замечаю, как дедушка хмурится, вероятно, оценивая, действительно ли я прав. Он, не меняя позы, слегка поднимает бровь.