Топит в тебе - Ана Сакру Страница 68

Об этом мы еще поговорим…Но после того, как уведу тебя. И… Может сделаю с тобой еще что-нибудь. Раз уж ты, оказывается, уже достаточно здорова…

— П-привет…– тонко шепчет Лида.

— Макс, ты что тут делаешь? – громко вклинивается Крылов, очевидно, повторяя свой вопрос, который я сначала проигнорировал.

Перевожу на Диму взгляд. Он смотрит на меня удивленно, но, кажется, начинает, наконец понимать. Чтобы быстрее до него доходило, обнимаю Лиду за талию и притягиваю к себе. Она как кукла – не сопротивляется. Послушно льнет, потупив взгляд. Крылов крупно сглатывает.

— Я же тебя спрашивал, – с горьким упреком предъявляет мне.

— Давай потом… Тебя, кажется, такси ждет, – киваю ему на машину.

Крылов сжимает челюсти, переводит злой взгляд на Лиду.

— Спасибо за вечер, – с сарказмом.

— Пока, Дим, – Душка виновато кусает губы.

Сильнее обнимаю ее талию. Чувствую, какая горячая и напряженная. Как мелко, поверхностно дышит. Улавливаю пульс кончиками пальцев. Он частит.

Молча наблюдаем, как отъезжает такси. Жду, когда машина скроется за домом, и только тогда разворачиваю Лиду к себе. – Больше так не делай, – говорю ей.

Голос подводит – совсем глухой. Потому что продолжаю обнимать, а она такая мягкая, хрупкая и горячая, что раздражение и адреналин трансформируются совсем не в мысли.

— Не было ничего такого. Вообще… – бормочет Душка смущенно, одна ладонь несмело упирается мне в грудь. Ноготки рассеянно царапают кожу сквозь тонкую ткань футболки. Лида хмурится, и вдруг, вскидывая взгляд, смотрит на меня с вызовом, выгибая бровь, – И почему собственно, нет? Я ведь свободна.

— Нет, – отрезаю, наклоняясь к ней.

— Что "нет"? – чуть отклоняется, пытаясь и дальше смотреть в глаза.

Хочет прояснить все здесь и сейчас, но у меня другие планы. Гораздо более захватывающие. А поговорим чуть позже. После них…

— Нет, не свободна, – повторяю ей в губы, прежде чем поцеловать.

37. Макс

Женские губы мягкие, сочные, сладкие. Во рту влажно и горячо. Слизистые нежные, гладкие. Язычок несмело гладит мой, отвечая на гораздо более напористую ласку. Девичье тело плотно вжимается в мое, давая ощутить каждый волнующий изгиб и трепещущий раненой птичкой пульс. Поврежденной правой рукой Лида обвивает мою талию, а ее левая ладонь зарывается мне в волосы на затылке. И ногти так чувственно, до мурашек, царапают кожу головы, ероша короткие пряди.

Всеми эти ощущениями захлёстывает. Топит. Я и так был не трезв, а сейчас и вовсе повело.

Хочу ее. Хочу в нее. Больше ни черта не соображаю.

Только быстрей бы. Чтобы уже точно. Чтобы никаких вопросов. Мы вместе и все.

Я помню, как в первый раз было хорошо. Но тогда я не ожидал, если честно, что настолько меня зацепит. И вообще до сих пор не понимаю, что на меня нашло. Почему все, что до того момента воспринималось как табу, стало вдруг… неважным.

Таким мелким и незначительным по сравнению с возможностью почувствовать ее тепло. Я именно так это помню. Как что-то удушающее теплое, необходимое, до предела близкое, влажное и жаркое.

Но еще я помню неловкость, страх спугнуть любым произнесенным словом и ее боль. Сейчас все будет по-другому…

Целую Душу мою жадно, совсем себя не контролируя. Кровь пульсирует мощными толчками, приливая в пах и оставляя ватный шум в голове. Больше по наитию, чем специально, медленно тесню Лиду к подъезду, шаря руками по ее охрененному телу.