Нарисованные шрамы - Нева Алтай Страница 69

— Понимаешь, в этом все дело, Леонид. Даже если ты дашь мне бо́льшую долю, я сомневаюсь, что ты потянешь этот бизнес. Я решил, что не хочу рисковать. Я выхожу из игры.

Линия обрывается.

Я откидываюсь на спинку стула, беру телефон и звоню Максиму.

— Где Леонид?

— Его нет. Я слышал, как он сказал Валентине, чтобы принесла ему ужин наверх в пять.

— Это не понадобится. Я хочу, чтобы все ушли с верхнего этажа после четырех. И я имею в виду абсолютно всех. Никто не поднимается, пока я не скажу.

На другом конце провода наступает тишина, и я предполагаю, что Максим пытается связать все воедино.

— Я проконтролирую, чтобы это было исполнено. Что насчет Нины?

— Мне нужно, чтобы ее не было дома. Дочь Душку выходит замуж, и он пригласил нас. Я отправлю ее по магазинам за подарком. Скажи Дмитрию отправить с ней Ивана. Ни при каких обстоятельствах они не должны вернуться прежде, чем я ему позвоню. Мне не важно, что он будет делать, чтобы отвлекать ее, она не вернется сюда до тех пор, пока я не закончу. Это ясно?

— Да, пахан.

* * *

Требуется немного уговоров, но мне удается выпроводить Нину из дома около четырех часов. Она упрямо настаивала на том, чтобы мы поужинали вместе, но сдалась, когда я сказал, что у меня слишком много работы.

Я захожу в свою гардеробную и достаю оружие. Проверив его, хватаю костыли и направляюсь в комнату Леонида. Я сажусь в кресло в углу, прямо напротив двери, кладу оружие на кофейный столик и жду.

Где-то около пяти часов Леонид входит в комнату. Увидев меня там, он резко поднимает брови, но довольно быстро берет себя в руки.

— Что-то случилось?

— Закрой дверь, Леонид.

— Роман?

— Дверь, – повторяю я.

Он делает, как ему сказано, и направляется ко мне, когда замечает оружие на столе. Он замирает, глаза его расширяются, затем он оборачивается, чтобы бежать. Я беру оружие и, целясь в его правое колено, стреляю.

Звук выстрела разрывает тишину в комнате, за ним следует вопль Леонида. Он боком валится на пол и начинает стонать, хватаясь за окровавленную ногу.

— Если ты хотел занять мое место, тебе следовало хорошенько убедиться, что я мертв, Леонид.

— Ублюдок, – усмехается он сквозь зубы, его слюна разлетается повсюду. – Я убью тебя!

С воплями он бросается ко мне, его руки подняты, как у сумасшедшего. Я целюсь ему в голову и спускаю курок. Тело валится на пол, кровь растекается вокруг головы.

— У тебя был шанс для этого, дядя, – говорю я его распростертому телу.

Я встаю и направляюсь к двери, когда звонит телефон Леонида. Я решаю проигнорировать звонок, но затем наклоняюсь и тянусь за ним, а мое колено вопит от боли. На экране отображается неизвестный номер. Я беру трубку.

— Я нашел ее, – произносит голос на другом конце. – Приготовь перевод.

Линия обрывается.

Нина

— Ты уверен? – Я осматриваю вазу, которую держу в руках. – Она ужасная. Я думаю, что им понравится, к тому же она стоит больше, чем машина.

— Пахан сказал, что это должно быть что-то большое. – Иван пожимает плечами и встает за мной.

— Спрошу, есть ли у них вазы побольше. – Я поворачиваюсь к консультанту.

Я поражена всеми этими роскошными предметами декора, выставленными вокруг меня. Я начинаю нервничать, осознавая, что самая дешевая вещь здесь имеет как минимум три нуля на ценнике. Есть более подходящие вещи, которые можно купить в качестве свадебного подарка, но по какой-то причине Роман настоял, чтобы я поехала через весь Чикаго и выбрала что-то именно в этом магазине. Все здесь настолько вычурно, включая золотые канделябры и копии «Давида» в натуральную величину. Это заставляет меня содрогнуться. У некоторых людей действительно странные вкусы.