Прерывистый шепот - Нева Алтай Страница 69

— У ирландцев? – Он приподнимает брови.

— Нет. У итальянцев.

— Это не имеет смысла. Какой был смысл соглашаться дону на прекращение огня и заключение брака, объединяя тем самым La Cosa Nostra и Братву, если он все равно планировал заключить сделку с албанцами?

— Чтобы выиграть время. – Я достаю телефон и начинаю просматривать фотографии. – Мне показалось странным, что брата Бьянки не было на свадьбе. Они ведь близки. Это не имело никакого смысла. Когда я спросил, где он, она сказала, что Бруно отправил его уладить кое-какие дела и он до сих пор не вернулся. Угадай, где он?

— О, у меня такое чувство, что ответ мне не понравится.

Я открываю фотографию, которую прислал мне наш связной из Мексики сегодня утром, и передаю телефон Роману.

— Сукин сын, – говорит он, глядя на экран.

— Да. Сын Бруно и Мендоса, наш главный поставщик.

— Похоже, итальянцы подставили албанцев или, по крайней мере, попытались это сделать, чтобы мы ополчились друг на друга. Скорее всего, они надеются предложить албанцам поставки наркотиков, как только закончатся наши деловые отношения.

— Да. Но я думаю, что это все дело рук Бруно. Ему нравится лизать задницу дону. Я полагаю, он планировал сообщить ему об этом только после того, как запустит весь процесс.

— Ну, мы же не собираемся воевать с албанцами, так что у Бруно в итоге будет куча товара и ни одного покупателя.

— Уверен, дону Агости не понравится, что Бруно действует у него за спиной, – говорю я. – Тем более дон сам согласился заключить договор между нами.

— Знаешь, мне всегда было интересно, почему Бруно предложил свою дочь в жены.

— Ему нужна была внутренняя информация о Братве. Бьянка сама мне об этом сказала.

— Да? И теперь?

— Да. Она сказала «нет». Дома на двери моего кабинета установлена бесшумная сигнализация. Бьянка никогда не пыталась проникнуть внутрь, Роман.

— Ты уверен? – Он смотрит на меня исподлобья. – Абсолютно уверен?

— Уверен. Ты сомневаешься в моей способности рассуждать здраво?

— Конечно сомневаюсь. Ты отчаянно влюблен в нее, это видно любому.

Я смотрю на стакан в своей руке. Свет отражается в темно-коричневой жидкости точно так же, как и в глазах Бьянки.

— Да, – говорю я и пью до дна.

Роман улыбается и качает головой.

— Будь я проклят! Если бы кто-нибудь сказал мне, что какая-то женщина будет контролировать тебя меньше чем за месяц, я бы счел его сумасшедшим.

— Кто бы говорил. Напомни мне, сколько времени потребовалось Нине, чтобы начать держать тебя на поводке?

— Гораздо больше месяца.

— Роман, ты был готов уже через неделю.

— Ладно, две недели. – Он машет рукой. – А что насчет Бьянки?

— А что с ней?

— Она чувствует то же самое?

— Я не знаю. Бьянку трудно понять.

— Женщин вообще трудно понять, Михаил. Иногда мне кажется, что они прилетели с другой гребаной планеты.

— Думаю, ей нравится проводить со мной время. На прошлой неделе мы ходили в торговый центр.

— Я так и знал. – Роман ударяет ладонью по стулу. – Она потащила тебя смотреть какой-то подростковый фильм. Признайся!

— Не совсем. Мы занимались сексом в туалете.

— Михаил Орлов. Занимался сексом в туалете. – Он поднимает брови. – В торговом центре!

— Да, – отвечаю я, и он разражается хохотом.

Я игнорирую его и продолжаю:

— Она также сказала, что хочет, чтобы я пригласил ее на танцы.