Наши лучшие дни - Клэр Ломбардо Страница 69

Ну не желает она общаться с Джоной. Да, ей за это стыдно, как и за многое другое, только факт остается фактом. Вайолет в курсе: она должна ждать таких встреч, ибо разве не радость – открывать для себя родного сына, выяснять, что он за личность, чего хочет от мира, тешиться надеждой, что для Джоны не все потеряно, даром что и она сама, и вселенная его пробросили. Родители Вайолет очарованы Джоной. Венди будто всю жизнь его знает. А Вайолет при нем внутренне вздрагивает и ежится, чего Джона, конечно, не может не чувствовать. Что до Мэтта, и выходку Венди, и саму встречу от него лучше утаить – Мэтт относится к Джоне с настороженностью, твердит об эффекте камня, брошенного в воду. Что ж, эти эмоции вполне понятны.

Венди остановила выбор на ближайшем к своему дому «Старбаксе». Вот и хорошо. Заведение шумное, со своей спецификой – не засидишься. Черт! Она еще даже не встретилась с Джоной, а уже думает, как бы от него отделаться. Гадко с ее стороны, но, по крайней мере, она смотрит правде в глаза. А правда в том, что Джона ее нервирует. Вклиниваясь на парковочное место набережной Делавэр, Вайолет мысленно признала: дрянь она еще та. Ладно, по крайней мере, она отдает себе в этом отчет.

Джона явился первым. В объемной худи с надписью «WE HAVE THE FACTS AND WE’RE VOTING YES»[43], лицо полускрыто капюшоном, он стоял у дверей кофейни. Вайолет не сразу вышла из машины. С минуту она, невидимая для Джоны, наблюдала за ним. Нормальный подросток. Осанка плохая, нос все еще великоват для не вполне сформировавшегося лица и уж точно унаследован не от нее, Вайолет; плюс чудовищная застенчивость. Вайолет оплатила парковку и шагнула на проезжую часть.

— Извини за опоздание!

Не только Джону – саму Вайолет передернуло, настолько неестественно резко прозвучал ее голос. Она снизила уровень децибел:

— Давно ждешь?

— Мм…

Ни да ни нет.

— Рада тебя видеть. Может, кофейка для рывка?

Джона пожал плечами, и Вайолет направилась к дверям кофейни.

Они заняли очередь.

— Как день складывается? – Вайолет предприняла третий заход. Джона вновь отделался хмыканьем, и она спросила: – Ты когда-нибудь проверял, сколько часов продержишься, не употребляя нормальные слова, с того момента как проснешься?

Вроде остроумно вышло, но никогда прежде Вайолет не сталкивалась со столь упорным нежеланием подыграть ей и теперь уже не была уверена, что шутка действительно удачная.

Джона вытаращился на нее и после паузы выдал:

— Очередь подошла.

— Что? Ой. И правда. Здравствуйте. – Давно уже Вайолет так не раздражалась. – Я буду некрепкий капучино. С цельным молоком, но экстрасухой[44]. Что не так? – Это уже относилось к Джоне, который усмехался в открытую.

— Да просто мы с Венди на днях обсуждали, какой это выпендреж – говорить «я буду» вместо «приготовьте мне». Получается, вы лично будете сушить кофе.

— Венди в своем репертуаре. А тебе чего хочется?

— Эспрессо, – выдал Джона, глядя на бариста.

— А не рановато ли кофеин употреблять?

Джона рассмеялся. На лице бариста отразилось нетерпение.

— Кофеин вызывает задержку роста, – пояснила Вайолет. – Глупо на него подсаживаться, когда организм, будучи совсем юным, не нуждается в дополнительных стимуляторах. – Вайолет начиталась специальной литературы про физиологию подростков, даром что Эли еще носил подгузники. Привыкла к любой ситуации применять научный подход.