Я его отец. Наследник миллиардера - Алиса Ковалевская Страница 7

— Черт подери, да! Давай, — выругался Соколовский и вывернул руль.

Внедорожник впереди, мигнув поворотником, съехал на обочину. Ян тоже сбавил скорость и остановил машину.

Я тут же попыталась выйти, но дверцы были заблокированы.

— Дайте мне выйти! — воскликнула, увидев, как из внедорожника буквально вываливается Артем. Изо всех сил пытается вырваться из рук ведущего его к нашему автомобилю охранника. —Дайте выйти! — Дернув ручку, уставилась на Соколовского.

Он перевел на меня тяжелый взгляд. Я нервно сглотнула.

Щелчок — и я выскочила на улицу. Мимо проносились автомобили, но я ничего не видела и ничего не слышала, кроме голосящего сына.

— Отпустите его! — кинулась я к сыну.

— Мама! — получив свободу, бросился ко мне Тёма. — Мама! — захлёбываясь слезами.

В момент, когда мой ребенок оказался в моих руках, я сама едва не завыла в голос. Осела на снег и шумно выдохнула, пряча слезы в капюшоне его куртки.

— Все хорошо, малыш, ты чего? Все хорошо, — пыталась успокоить, а сама вся тряслась. И вовсе не от вновь пробравшегося под кожу холода.

— Почему ты со мной не поехала? Почему одного оставила? — плакал мой ребенок, а я не знала, что ответить.

Прижимала к себе так крепко, насколько могла. Не отпущу. Не отдам. Пусть Соколовский угрожает, пусть хоть пистолет к затылку приставит — не отдам сына!

— Нам… нам с дядей Яном нужно было поговорить. Наедине. Я не хотела тебя бросать, сынок.

— Зачем вам говорить наедине? — Кажется, он начинал немного успокаиваться, да и я… Краем глаза заметила Соколовского, остановившегося в паре шагов, и снова напряглась.

— Встань, — услышала суровое и все такое же злое.

Знала, что обращается он ко мне. Поднялась на ноги и, не выпуская прижавшегося ко мне Артёма, с непоколебимой решимостью посмотрела на Яна.

Он тоже смотрел мне в глаза. Не знаю, чего хотел — запугать или что еще, но я взгляда не отвела, лишь поджала губы.

— Езжайте вперед. — Он отвел взгляд первым — посмотрел через мое плечо на застывшего каменным изваянием охранника.

— Да, Ян Игоревич.

Я услышала, как заскрипел снег под ногами удаляющегося цербера, и ждала, какое же решение Соколовский примет относительно нас с Темой. Плечики сына продолжали подрагивать, руки обвивали мою талию, но он уже не рыдал в голос. Знал — мама рядом. Мама не бросит. Хотелось бы, чтобы это знал и стоящий напротив мужчина, но это было уже не в моих силах.

— Садитесь, — наконец нарушил молчание отец Миши и направился к машине. Открыл заднюю дверцу.

— Пошли, — потянула я сына.

Тот до боли стиснул мою ладонь, боясь, что я снова оставлю его одного. Я ободряюще сжала его в ответ.

Стоило нам забраться на заднее сиденье, Соколовских закрыл дверь иуселся за руль. Глянул на меня сквозь зеркало заднего вида. Артем прижался к моей груди и шумно, судорожно вздохнул.

— Мам, — протянул он.

— Что?

— Давай вернемся домой, пожалуйста.

Я продолжала смотреть в глаза Соколовского сквозь зеркало. Не знаю, о чем он думал, чего желал. Да о его желаниях я знать и не хотела. Мне важно было услышать от него, что он не станет отбирать у меня сына. Ни сейчас, ни когда-либо после.

— На что ты готова пойти ради этого? — будто прочитав мои мысли, задал вопрос Ян.

— На все, — ответила, не раздумывая. Прижала Темыча крепче.