Измена. Ушла красиво - Ася Исай Страница 7

Выписывают через три недели. Везу его домой на такси — водить он пока не может. Да и не хочет. При виде машин его бросает в дрожь.

Дома онбродит как призрак. Худой, осунувшийся, с ввалившимися щеками. Маша пытается его растормошить, показывает рисунки из школы, но он смотрит сквозь неё.

Адвокат приезжает через месяц. Дело движется к суду. Камеры видеонаблюдения зафиксировали момент аварии — пешеход действительно выбежал на дорогу в неположенном месте. Но человек мертв. Семья погибшего требует компенсацию.

— Скорее всего, условный срок, — говорит адвокат. — И денежная компенсация. Но учитывая обстоятельства...

Иван слушает молча. В глазах — пустота.

Я варю супы, которые он не ест. Лежу рядом с человеком, который становится все более чужим. И каждую ночь борюсь с желанием поговорить с ним о другой семье. Но как? Как добить того, кто и так на дне?

Через три месяца приходит повестка в суд. Читаю мелкий шрифт, юридические термины расплываются перед глазами. "Причинение смерти по неосторожности".

Ночь перед судом не спим оба. Лежим в темноте, каждый на своем краю кровати. Пропасть между нами ширится с каждым днем, но я не могу её преодолеть. Не могу признаться в своих подозрениях. Замкнутый круг.

— Уль, если меня посадят...

— Не посадят.

— Но если... Обещай, что будешь жить дальше. Ты и Маша.

— Иван...

— Обещай.

Обещаю. Слова горчат на языке как полынь.

Утром надеваю строгий костюм, крашусь тщательно — нужно выглядеть женой, которая верит в мужа. Иван в своем лучшем костюме похож на покойника. Руки трясутся, когда завязывает галстук. Помогаю, стараясь не встречаться взглядами.

Здание суда встречает холодом казенных коридоров. Семья погибшего — жена и двое взрослых детей — сидят напротив. В их глазах — ненависть. Понимаю их. Проклинаю весь мир, где мне приходится выбирать между правдой и милосердием.

Адвокат нашел записи с камер, что этот же мужчина часом ранее пытался прыгнуть с моста, но его успешно сняли. Только вот ужел он не домой к семье, а дальше искать смерти. Вот только это не оправдывает...

Судья зачитывает приговор монотонным голосом. Два года условно. Компенсация в три миллиона. Лишение прав на полтора года. Иван стоит прямо, но я вижу, как подрагивают его плечи.

Выходим из зала. Адвокат что-то говорит про удачный исход, про апелляцию семьи потерпевшего. Не слушаю. Смотрю на мужа — сломленного, опустошенного, чужого. И понимаю — я не могу уйти.Не сейчас. Не после всего этого.

В машине молчим. Дома Маша бросается к нам, обнимает папу. Он гладит её по голове отрешенно, механически.

— Все будет хорошо, — вру.

Ложь. Но иногда ложь — это все, что у нас остается.

Глава 4. Лимб

Уже полгода как мы зависли в лимбе. Между жизнью и смертью. В бесконечном небытии.

Иван отказался бороться за свои права и оспаривать решение суда, но мы с адвокатом не смогли смириться.

Я добилась правды и добилась отмены условного срока мужу. Ни разу так и не смогла себе ответить на вопрос зачем это делаю. Убегала от этих мыслей по бесконечному кругу.

Только вот он не оценил. Удвоил компенсацию пострадавшей семье и стал погружаться в себя.

Утренний свет пробивается сквозь щель между шторами, падает мне прямо на лицо. Щурюсь, поворачиваюсь на другой бок. Место рядом пустое, простыни холодные. Иван опять не спал в постели.