Твой номер один - Катя Саммер,Настя Орлова Страница 7

— Фанатка, значит? – спрашиваю по-русски, чем еще сильнее вгоняю девчонку в краску. – Так может, тебе автограф дать? Поднимай майку, распишусь на груди.

Я говорю это громко, злобно, спрятав руки в карманы и не скрывая раздражения, а та только выше задирает идеальные брови, будто не верит моим словам. Поджимает губы, что-то собирается мне в ответ сказать… Это длится долгие три секунды, которые я отсчитываю про себя, ненавидя все живое на планете Земля, потому что от боли в запястье зубы сводит. После девчонка разворачивается и размашистым шагом уносится от меня прочь. А я специально ей вдогонку кричу, чтобы забрала в моем номере одежду для химчистки, в которой должен буду появиться на спонсорском мероприятии.

И наконец, слава богам, в которых я не особо верю, створки съезжаются, оставляя меня одного. Больше не нужно держать лицо, и я утыкаюсь лбом в зеркальную стену сбоку. Лифт уносит меня вверх больше чем на двадцать этажей, а я только сейчас понимаю, что не точно, но, кажется, слышал от девчонки что-то вроде «пошел на хрен, тупой ты придурок» в ответ.

Хотя, возможно, это всего лишь игра моего воображения. Потому что такие скромные куколки из обслуживающего персонала, что млеют перед знаменитостями, к которым я себя не причисляю, просто физически не могут грязно ругаться.

*Открытый чемпионат Австралии по теннису – один из четырех турниров Большого шлема, ныне проводящийся в австралийском городе Мельбурн.

**Молодой человек, обычно подросток, задача которого состоит в том, чтобы быстро поймать мяч и отдать его игрокам или судьям.

***Игра слов, основанная на фамилиях персонажей De Vil и Hollywell. Devil (пер. с англ) – дьявол. Holy (пер. с англ) – святой.

Глава 2

Анна

Алекс. Чертов хрен. Де Виль.

В жизни красивее, чем на фотках, даже с темными, как и его кудри, кругами под глазами. И намного хуже, чем пишут о нем в интернете.

Я не верила слухам, потому что сама не раз становилась жертвой желтой прессы. Обо мне тоже всякое выдумывали, пусть в сравнении с гадостями в адрес Де Виля это и невинный детский лепет. Мы как Канье Уэст и Тейлор Свифт в мире скандалов: я от них неплохо уклоняюсь, а Де Виль их сам плодит. И сегодня он впутал меня в свое дерьмо.

— Ань, ты куда так лупишь! – Мой тренер Патрисия Паскаль хмуро наблюдает за абьюзом теннисных мячей, который я устроила на одном из дальних кортов Мельбурна. – Голову включай. Тебе плечо надо беречь, а ты…

Сейчас она похожа на состарившуюся озлобленную чирлидершу с глубокой морщиной на лбу и проседью в волосах, но все это не мешает ей даже сильно за сорок по-прежнему эффектно выглядеть и без грамма косметики на лице. Тем более не мешает орать на меня и разносить в пух и прах. Патрисия тычет в свой висок, как бы намекая, что в моей голове опилки, но я даже спорить не хочу. Сама знаю, что притащила на тренировку негативные эмоции, а это всегда провальная история. В теннисе мой верный помощник – холодный расчет. Когда на душе раздрай, а кончики пальцев покалывает от раздражения, игра не идет.

Чертов Де Виль!

Я когда в юниорах играла, едва не молилась на него. Еще бы! Теннисист с русскими корнями, который пять лет назад, будучи уже достаточно взрослым по теннисным меркам, буквально ворвался в элиту мирового спорта. Легко обыгрывал топов, так же легко сдавал матчи ноунеймам, мастерски заводил стадионы и так же мастерски настраивал толпу против себя. Среди работяг, которые годами зарабатывали рейтинг и уважение, Де Виль казался самородком. Было ощущение, что он вообще не тренируется – ненавидит это делать, но в его игре проскальзывало нечто гениальное. Уникальное. Стихийное. Он был как шторм, который с одинаковым успехом мог накрыть с головой и потухнуть в море, так и не достигнув берега. Он был как… чистый талант, за игрой которого невозможно было наблюдать равнодушно.