В тени его лжи - Галина Колоскова Страница 7

Останавливаюсь, наткнувшись взглядом на препятствие. Вскидываю голову. Прямо передо мной возникает Юля. С бокалом в руке, с оскалом в сладкой улыбке.

— Здравствуйте, Ольга! Какое прекрасное мероприятие, не правда ли? – говорит она своим мелодичным голоском.

Я останавливаюсь. Смотрю на её платье. На золотистое великолепие, купленное моим мужем.

— Да, – выдавливаю через силу. – Очень… яркое.

— А вы прекрасно выглядите, – продолжает она. Змеиный взгляд скользит по моему платью с едва заметной снисходительностью. – Классический стиль. Безопасный. Всегда к месту.

Внутри у меня всё закипает. Всегда к месту? Она стоит в платье, купленном на наши с мужем общие деньги, и называет мой стиль «безопасным»? Краем глаза замечаю, что Артур и его мать смотрят на нас. Валентина Ивановна что-то говорит сыну на ухо.

И тут я это делаю. Я не планировала. Вышло само. Делаю резкий шаг в сторону. Мой каблук цепляется за невидимую неровность, я спотыкаюсь. Почти полный бокал с шампанским выскальзывает из пальцев и, его содержимое целенаправленно, летит на её золотистое платье.

Хлюпающий звук. Золотистая жидкость растекается по тонкой ткани темным, безобразным пятном. Юля вскрикивает. Наклоняется, с ужасом глядя на мокрую грудь, открытую для окружающих.

— Ой! – восклицаю с наигранным изумлением. – Простите, я не хотела! – с состраданием на лице прижимаю ладонь к груди. – Мне так неловко…

Боже, как мне хорошо в этот момент. Жаль, что нельзя повторить ещё раза три.

К нам тут же подскакивает Артур. На багровом лице теперь нет улыбки.

— Ольга! Что с тобой? Дорогая?.. – «заботливый» муж хватает меня за локоть, сжимая так сильно, что больно.

— Ничего серьёзного, – откликаюсь, глядя ему прямо в глаза. – Просто споткнулась…– Перевожу псевдосочувствующий взгляд на его любовницу. – Мне так жаль, Юлия,– хочется добавить, и как теперь выглядит твоё платье на фоне моего «безопасного»?

Юля, пунцовая почти, как костюм моей свекрови, промокает платком растущее пятно. Вечер для «голубков» явно испорчен. В её глазах – бешеная злость.

— Ничего страшного, – шипит она сквозь зубы. – Бывает.

Голос Валентины Ивановны раздаётся сзади. Она подошла бесшумно. Тихие слова вонзаются в меня отточенными лезвиями:

— Я же говорила, Артур. Твоя жена как была с двумя левыми ногами, так и осталась. Никакой грации. Никакого чувства такта.

Я замираю от обиды. Удивляюсь собственной реакции. Давно пора привыкнуть. Разве было хоть раз по-другому? Одариваю свекровь таким же ехидным взглядом и выплёвываю в изумлённое лицо:

— Что вы, «мама»? У меня обе правые!

Артур перестаёт бормотать Юле извинения за неловкость жены. Он резко разворачивает меня и ведёт прочь, в сторону выхода. Жёсткие пальцы впиваются в руку как клещи.

— Что это было? – рычит он, когда мы оказываемся в относительно безлюдном холле. – Ты что, совсем с ума сошла?!

— Я сказала, споткнулась, – повторяю, глядя в пространство. Внутри меня горькое торжество. Да, я испортила её платье. Мелочь. Детский сад. Но это хоть что-то.

Вскидываю бровь.

— Не веришь? – в моём голосе впервые за вечер звучат настоящие, живые эмоции. Усмехаюсь. – Спроси у мамы. Она всё видела. Подтвердит, что у меня две левых ноги и нет такта.

Он смотрит на меня с отвращением и… страхом. Он понял, что мой поступок не был случайностью.