Твой номер один - Катя Саммер,Настя Орлова Страница 70

— Ты сама виновата, – губы Алекса оказываются в опасной близости от моих. – Меня заводит, когда ты такая деловая на пресс-конференции.

— Я не… – остаток фразы так и гаснет в моем горле, потому что Де Виль проталкивает рядом с ней свой язык, жадно меня целуя.

Смешно: за всю свою жизнь я не целовалась столько, сколько за эти несколько дней в Штутгарте, но с Алексом не выходит иначе, хотя наши встречи происходят урывками в короткие паузы между моими тренировками, матчами и безуспешными попытками соблюдать спортивный режим. Невозможность провести время нормально плюс необходимость скрываться ото всех, кто меня окружает, здорово расшатывают мои нервы, но никак не влияют на мое желание видеться с Де Вилем. Слышать его голос, ощущать на коже его горячие прикосновения, наблюдать за сменой настроений на его лице, чувствовать силу его объятий и вкус его поцелуев – все это особый вид кайфа, сравнимый разве что с эйфорией от выигранных матчей.

Пару месяцев назад я была уверена, что в жизни нет ничего лучше победы на корте, а сейчас, когда я с Алексом мчу по автостраде, я всерьез сомневаюсь в своих жизненных приоритетах. Потому что мне… идеально. Несмотря на то, что я сознательно нарушаю свой режим, рискуя будущими результатами, вру отцу и тренеру и ставлю под удар свой имидж, я бы не поменяла ни единой детали.

— Куда мы едем? – спрашиваю, внезапно понимая, что не знаю, куда Алекс везет меня. Вижу лишь, что мы мчим в противоположную от отеля сторону и отъехали уже довольно далеко. А завтра у меня четвертьфинал.

— Не волнуйся, верну тебя вовремя, – отвечает он.

— Это не ответ, – в притворном негодовании дую губы.

— Надо потерпеть, Аня, – он весело подмигивает мне и кладет ладонь чуть выше моего колена. – Я тебя не разочарую.

Его рука красивая, смуглая, с длинными пальцами и узким запястьем, на котором поблескивают дорогущие часы, скрывающие под собой эластичный тейп и тонкий шрам. И теперь она по-хозяйски лежит на моей ноге, согревает через ткань спортивных штанов и посылает по коже волны мурашек. И заставляет меня мечтать о том, как эта рука поднимется чуть выше и коснется там, где… Где все уже готово к встрече.

Так странно. Мы с Алексом давно авансом прошли несколько этапов сближения. Я уже кончала от его пальцев. Но за все дни в Германии, он не позволил себе ничего кроме поцелуев. Горячих, крышесносных, волнующих, откровенных, но все же – лишь поцелуев. Хотя я, отбросив всякие сомнения, мысленно уже приняла тот факт, что моим первым мужчиной станет Алекс Де Виль. И будь что будет.

— Приехали, – говорит он, внезапно сворачивая с автострады к небольшому зданию с потертой вывеской на немецком.

— И куда? – осматриваю ландшафт и параллельно сбрасываю звонок от отца. С момента, как я уехала, прошло больше получаса – даже удивительно, что он так долго держался.

— Есть настоящие немецкие колбаски, конечно, – отвечает Алекс с широкой улыбкой.

— То есть, вся эта секретность из-за колбасок?

— Из-за самых лучших в мире колбасок! – смеется Алекс, отстегивая ремень безопасности. – Ты такие точно не пробовала. Гарантирую, тебя потом за уши не оттащишь.

— Ты переоцениваешь мою любовь к немецкой гастрономии.

— А вот и проверим!

Мы выходим из машины и направляемся ко входу в небольшой паб. Несмотря на невзрачный экстерьер и расположение у черта на куличках, почти все столики и даже места за барной стойкой внутри оказываются заняты. Аудитория максимально разношерстная, но шансы встретить кого-то, кто нас узнает, сведены к минимуму.