После развода. Право на тебя - Натали Нил Страница 70

— Да. Но я не заказывала цветы. Верните отправителю.

Курьер ставит букет в обёрнутом фольгой и органзой ведре на пол, вытирает лоб и достаёт планшет.

— Не могу. Они уже оплачены. Доставка по адресу выполнена. Распишитесь, пожалуйста.

— Я отказываюсь их принимать.

— Марта Игоревна Ларина? — повторяет он терпеливо.

— Да, но...

— Значит, вам. Доставка выполнена. Получите, распишитесь, — он протягивает планшет настойчиво.

Смотрю на него, потом на розы. Понимаю — бесполезно. Курьер делает свою работу, ему всё равно на мои проблемы. Расписываюсь.

Курьер кивает и уходит, а я достаю из букета маленький конверт.

«Ты прекрасна. Э.»

Вот сволочь.

Звоню Кристине, прошу прийти. Девушка заходит, улыбаясь во все белоснежные тридцать два.

— Правда, роскошный букет, Марта Игоревна? Я как увидела…

— Кристина, заберите, пожалуйста, и выбросите, –– прерываю её восторги.

— К-как? Выбросить?

— Да. Уберите их из моего кабинета.

Кристина тушуется, потом вдруг спрашивает:

— А можно себе оставить?

— Можно. Забирай.

— А тот, кто прислал, не обидится? — глаза Кристины загораются нездоровым любопытством.

— Анонимный пациент прислал. Не обидится.

Когда ухожу с работу, вижу букет на стойке ресепшена. Красиво смотрится.

В среду он присылает пионы. Розовые, пышные, ароматные — от них через пять минут начинает болеть голова.

Курьер другой, но сценарий тот же:

— Марта Игоревна Ларина?

— Заберите их обратно.

— Не могу. Оплачено. Получите, распишитесь.

— Да не хочу их получать!

Курьер смотрит на меня с выражением человека, который слышал это уже тысячу раз:

— Марта Ларина — вы?

— Да.

— Получите, распишитесь.

Расписываюсь, сжав зубы. Кристина уже не спрашивает ничего, только хихикает и принимает букет как должное.

В пятницу — тюльпаны. Красные. Штук сто.

Курьер — молодой парень — улыбается мне приветливо:

— Марта Игоревна Ларина?

— Слушайте, — я пытаюсь быть вежливой, — заберите их, пожалуйста, назад. Скажите заказчику, что я отказываюсь.

Он улыбается.

— Поверьте, я бы рад помочь. Но у нас такие правила: доставили по адресу — расписка получена — всё, работа выполнена. Не хотите — выбросите. Или подарите кому-нибудь.

Расписываюсь, чувствуя, как внутри закипает бессильная злость.

Когда выношу тюльпаны в холл, там как раз стоит Ирина, разговаривает с пациенткой. Видит меня с букетом, поднимает бровь, усмехается. Ничего не говорит, но взгляд красноречивее слов.

Возвращаюсь в кабинет и пишу Эльдару СМС:

«Прекрати.»

Ответ приходит через минуту:

«Не могу. Ты заслуживаешь всех цветов мира.»

Я сжимаю телефон так сильно, что белеют костяшки пальцев.

На следующей неделе цветы приходят каждый день: понедельник — орхидеи, вторник — гортензии, среда — ранункулюсы.

Курьеры разные, но все непреклонны:

— Марта Ларина? Получите, распишитесь.

Кристина уже встречает их как старых друзей. В холле клиники пахнет, как в оранжерее. Пациенты спрашивают, что за событие. Коллеги переглядываются.

Даша звонит вечером и ржёт в трубку минуты три, прежде чем выдавить:

— Марта, ты там цветочный магазин открыла? Мне из вашего центра фотки прислали — у вас на ресепшене джунгли!

— Вот только ты не начинай, –– обрываю её устало.

— Это же Идрисов? — она перестаёт смеяться. — Марта, скажи...

— А кто ещё? Конечно, он. Играет в благодарного клиента. Я разберусь.