Разрушенные секреты - Нева Алтай Страница 71

До аварии он почти не прикасался ко мне, особенно когда рядом был кто-то еще. Он уступал только тогда, когда я заставляла его удовлетворять меня. И поцеловал он меня только один раз – когда мы впервые переспали. После аварии его поведение изменилось кардинально. Иногда мне трудно связать этого Луку с тем, что был раньше.

Лука

— Мы разве не за занавесками пришли? – Я поворачиваюсь к Розе, просматривающей покрывала.

— Я слишком взрослая для розовой комнаты. Я хочу поменять все, – говорит она и берет в руки одеяло серого оттенка из искусственного меха. – Мне очень нравится! Мы можем это купить?

— Если это необходимо. – Эта штука похожа на шкуру яка.

— Да! Я посмотрю, есть ли у них подушечки, чтобы был комплект.

— Нам тоже стоит купить такое в нашу комнату, – добавляет Изабелла.

Я смотрю на нее сверху вниз, беру за подбородок и приподнимаю ее голову. Большие карие глаза встречаются с моими, и она смеется. Господи, какая она красивая.

— Никаких мертвых животных. Ни настоящих, ни искусственных, – говорю я.

— Ну и зануда.

— Что? – я прижимаю ее к себе, к своему телу. – Посмотрим, что ты скажешь ночью.

— Что ж, вижу, ты уже на ногах. – Высокий голос раздается позади меня. – Я думала, что ты полумертвый.

Держа Изабеллу за талию, я оборачиваюсь и смотрю на блондинку, стоящую в нескольких шагах от меня. Я помню ее по фотографиям, которые показывала мне Изабелла.

— Вынужден разочаровать тебя, Симона.

Прищурившись, она смотрит на меня, а затем опускает взгляд на мою руку, обнимающую Изабеллу. Дамиан лишь вкратце рассказал мне о моем первом браке, потому что нас больше волновали детали, связанные с бизнесом.

— Я приду, чтобы забрать Розу в четверг, – говорит она, и Изабелла легонько сжимает меня за талию, а затем еще раз.

— Нет, – говорю я.

— Нет? – ухмыляется Симона. – Ты не можешь мешать мне видеться с моим ребенком.

— Ты забираешь Розу по выходным, – говорит Изабелла.

— Не помню, чтобы что-то у тебя спрашивала.

— Довольно! – огрызаюсь я. – Не смей говорить с моей женой таким тоном. Ясно?

— Что? Она…

— Тебе, черт побери, ясно, Симона?

Она морщит нос и вздергивает подбородок, но затыкается.

— Роза будет готова в десять в субботу, – говорю я и смотрю на Изабеллу. – Давай найдем Розу и посмотрим те очки, которые, ты говорила, тебе понравились.

Я иду в другой конец магазина, пока не убеждаюсь, что мы находимся вне пределов слышимости Симоны, затем бросаю взгляд на Изабеллу.

— Тебе нужно больше рассказать мне о моих отношениях с Симоной. Дамиан только сказал, что у меня есть полная опека и что она забирает Розу пару раз в месяц. Почему мы развелись?

— Она должна была пробыть в Европе до конца месяца, поэтому мы подумали, что это не самый неотложный вопрос, – говорит она, склонив голову набок. – Дамиан должен быть тем, кто расскажет тебе о Симоне и проблемах с ней. Он знает гораздо больше, и, в любом случае, я не поклонница твоей бывшей, поэтому предпочла бы не обсуждать ее.

— Почему нет?

Изабелла изгибает брови.

— Разве это не очевидно? Она первая была с тобой, и за это я ее ненавижу.

Я делаю шаг вперед и обхватываю шею Изабеллы сзади.

— Что насчет твоих бывших?

— А что с ними?

— Кто был у тебя первым, Иза? – Я делаю еще один шаг вперед, а затем еще, заставляя ее пятиться назад, пока спиной она не касается стены. Она смотрит на меня, не моргая, а уголки ее губ приподняты.