Жестокий развод - Ария Тес Страница 71

— Я не могу не спросить. Снова.

— Спрашивайте.

— Какое вам дело до этой истории?

Пару раз киваю. Я знала, что этот вопрос все-таки будет поднять снова, ведь я так и не дала на него вразумительного ответа.

Хорошо.

Какое мне дело до этой истории?

Стягиваю бокал с чаем, делаю глоток. По рецепторам ударяет персик.

— Вы прочитали дело?

Верный кивает.

— Прочитал. Прескверная ситуация, полная несправедливости. Я согласен. Мне бы это тоже не понравилось, но дело же не в этом?

— М?

— Ну, я имею в виду, не в том, как этот мир жесток. Вы не поэтому вцепились в него, как бульдог, а потом вышли на меня. Или я ошибаюсь?

Вот же ж…

Издаю смешок и ставлю бокал обратно на стол.

— Вам прекрасно известно, что вы не ошибаетесь.

— Откуда такая уверенность?

Из твоих глаз.

Верный сейчас похож на хитрого котяру, который сожрал кусок хорошей колбасы, но уничтожил при этом все улики и знает: не докажешь, сколько ни ори.

Это забавно…

— Вы очень проницательный, господин Верный. Полагаю, это одно из важнейших качеств для адвоката.

— Это и изворотливость, а еще острый ум. Пожалуйста, называйте меня по имени.

— Конечно. Александр.

— Спасибо. Галина.

Мои губы снова трогает улыбка. Все-таки нравится мне с ним разговаривать: как танцевать с ножами. Он острый и подвешенный на язык. Интересный. И умный. Да-а-а…я понимаю, почему по нему так сильно сходят с ума. Не мужчина, а мечта. Уверенная в себе, упакованная в шикарную обертку мечта. Наверняка полная определенного дерьма, как событийного, так и характерного, но все равно. Многих женщин это и привлекает, а «просто», наоборот, отталкивает, поэтому нам и нравятся «плохие мальчики». У них всегда все сложно на уме и в душе…

— Вы ответите на мой вопрос? Или это тайна?

— Нет никакой тайны. Я узнала это историю от сына Ивана. От Олега.

Верный поднимает брови, явно намекая на историю, которую хотел бы услышать не обрывочно, а полностью. Я? Что мне скрывать. Киваю еще раз.

— Моя мама много времени посвящала благотворительности и в рамках своей деятельности посещала детские дома, где познакомилась с Олегом. Совсем недавно она умерла…

Александр тут же перестает улыбаться и тихо говорит.

— Мне очень жаль.

— Спасибо, – также тихо отвечаю и вбираю в грудь побольше воздуха, – Олег пришел к ней на похороны. Я о нем не знала, и только потом моя тетя рассказала, что мама так сильно привязалась к мальчику, что хотела его забрать.

— Та-а-ак…

— Я тоже хочу его забрать, но при этом я хочу сделать чуть больше. Как ребенок, который потерял мать, а я все еще в глубине души ребенок, который потерял мать, мне понятно одно: нет ничего важнее твоих родителей. У Олега есть только отец, и он очень сильно его любит. Иван хороший человек. Он допустил ошибку, но…я не думаю, что он заслужил такое суровое наказание. Я могу помочь. Почему бы не попробовать сделать это?

Теперь Верный стягивает свой стакан со стола и делает глоток. Переваривает услышанное. Я не против, мне нечего скрывать. Это же чистая правда…

— Вы делаете это для мальчика, – снова говорит тихо, а я снова киваю и отвечаю в тон.

— Я свою маму никогда больше не увижу, а он может увидеть своего отца. И не когда ему стукнет восемнадцать или больше. Сейчас. Я могу сделать так, что это случится сейчас, и могу ли я это проигнорировать? Совершенно точно нет.