После развода. Я тебя верну - Елена Мартин Страница 72

Аппетит испарился сразу, а я столько набрала в свою тарелку! Теперь бы осилить все это.

— Алексей Дмитриевич, контракт оставляем без изменений? — справляюсь с первыми эмоциями и перевожу взгляд на Вяземского.

— Второй вариант, на котором мы будем настаивать, Обертенов уже готовит, — черные глаза Вяземского прожигают насквозь.

— Просто превосходно, что Алексей Дмитриевич дал просмотреть вам документы, — подмечает Олег. — Мы решили поменять стратегию и изменить размер авансового платежа.

Я внутренне хмыкнула: мои рекомендации приняты, пусть и авторство оставлено за другими людьми.

— Алексей Дмитриевич, у нас очень хороший специалист в области финансового менеджмента на рядовой должности, — неопределенно произнес Мягков.

— Что вы предлагаете, Олег Анатольевич? — Вяземский сделал глоток кофе и откинулся на спинку высокого стула.

— Возможно, сделать рокировку, — спокойно озвучивает Мягков.

Я даже поперхнулась, услышав предложение заместителя «Альянса».

— Я ни на что не претендую, — возразила сразу же.

За столом воцарилась тишина. Похоже, Мягков удивил не только меня, но и своего шефа.

— Очень жаль, — Вяземский накрыл цепким взглядом. Изучающим. Скользнул по вырезу моей кофты и вернулся обратно.

Жар смущения тронул мои щеки и, наверное, опустился на шею, а может быть, и ниже…

Какого черта я спустилась на завтрак так рано?

В своем номере первым делом открыла вентиль с холодной водой и смочила пылающие щеки. В зеркале ванной комнаты совсем не узнала себя. Чужой взгляд, в себя. Скулы заострились. Я не думала, что будет просто, но так… Когда разрывает на кусочки и так хочется прикоснуться. Только за каждое придется платить непомерно высоко.

Эта память пока держала меня.

Пока поднимались наверх в лифте все втроём, думала, сойду с ума. Вяземский специально встал напротив меня. Рассматривал мои ноги в балетках и поднимался к лицу. Мягков тоже заметил этот изучающий взгляд. Воздух казался наэлектризован до предела в замкнутом пространстве. Сверкни искра — и разгорится пламя. Оно горело внутри меня, и я усердно с ним боролась. Тяжело… Но пока все битвы с самой собой выиграны. Даже запрещенный прием — поцелуй — смогла оставить за кадром этой короткометражки.

Как только на табло показалась цифра пять, я вышла первой из лифта и, ускоряя шаг направилась к своему номеру.

Ох, как глупо все, Кира…

Сколько еще смогу выдержать бок о бок с Вяземским?

Глава 41

Облачившись в строгие брюки и блузку, затянула ремень у зеркала и, подхватив телефон, набираю номер няни. Череду длинных гудков едва выдерживаю.

— Татьяна Витальевна, доброе утро, — глухо произношу.

— Доброе утро, Кирочка. Спала плохо. Все время просыпалась и спрашивала вас, — отчиталась Татьяна Витальевна.

Я оперлась спиной об шкаф и растерла лоб.

Вяземский. Да что б тебя с твоими играми!

Уверена, что можно было обойтись без меня…

— Мы выбились из графика, но я решила не будить Ксюшу, — продолжила Татьяна Витальевна.

— Не нужно. Пусть спит. Не будет такой капризной. Я буду сейчас на переговорах. Как освобожусь, наберу вас.

Сбросив звонок, тяжело выдохнула. Как теперь собраться? Мысли хаотично метались в голове. Не хотелось бы, чтобы это короткое расставание каким-то образом повлияло на здоровье дочери.

В салоне автомобиля щурила глаза от солнца, бившего в глаза. Легкий ветерок, залетевший внутрь, трепал волосы у висков. Я старалась привести мысли в порядок. Три дня и огни родного города мелькнут в иллюминаторе самолета, а «мама» расплывается сладкой музыкой. К месту, где пройдут переговоры, белый «Шевроле» привез через час. Воздух был прохладным, а тяжелые тучи заходили над городом. Погода добавляла общее тягостное чувство, которое я читаю на лицах коллег из рабочей группы. Только Вяземский был невозмутим. Словно грозная скала вышагивал рядом со своим начальником безопасности. От тяжелого парфюма Пенкиной я поморщилась и отошла от женщины на пару шагов. Перестаралась. Как и с макияжем. Немного ярковат для серьезных переговоров.