Украденные прикосновения - Нева Алтай Страница 74

— Улыбнись мне! – рявкаю я, врезаясь в нее.

Ее глаза находят мои и не отрываются от них, но губы остаются сомкнутыми. Я слегка сжимаю пальцами ее шею и наклоняю голову, оказываясь с ней лицом к лицу.

— Улыбнись. Мне. – Я вбиваюсь в нее, раз, другой, третий. Ее улыбка для меня как воздух. Мне нужно ее видеть. Без нее я сойду с ума. – Улыбнись, ты, упрямая женщина.

Милена, прищурившись, смотрит на меня, а затем улыбается. Это как первый луч света после тысячи часов долгой ночи, пронзающий тьму в моей груди и наполняющий меня теплом. Я целую этот упрямый рот и наслаждаюсь ощущением того, как мой член растягивает ее внутренние стенки, пока ее киска не сжимается вокруг моего ствола.

Она кричит, когда я толкаюсь в нее членом еще глубже, и это сводит меня с ума еще больше. Я выскальзываю и снова вбиваюсь, чувствуя, как содрогается ее тело. Я прикусываю ее подбородок и провожу зубами вниз по шее.

— Я хочу, чтобы ты улыбалась мне каждый день, – говорю я ей на ухо и снова толкаюсь в нее. – Каждый. – Толчок. – Чертов. – Толчок. – День.

— Почему? – выдыхает она, затем стонет, кончая.

Потому что мне это нужно. Потому что каждый раз, когда моя жена улыбается, что-то происходит у меня в груди. Потому что это наполняет мои легкие воздухом и заставляет мое сердце биться чаще.

— Потому что я приказываю тебе! – рявкаю я, глядя на нее сверху вниз.

Милена смотрит на меня несколько секунд, затем сжимает меня ногами и разражается смехом.

Я делаю глубокий вдох и врываюсь в нее в последний раз, не в силах сдержать свой оргазм, извергая в нее накопившееся за недели неудовлетворение. Я ни на секунду не отрываю взгляда от ее улыбающегося рта.

Милена

— Ты в порядке, cara? – Сальваторе протягивает руку и проводит тыльной стороной ладони по линии моего подбородка.

Не-а, я не в порядке. Мои ноги все еще слегка дрожат, моя киска болит, и все мое тело ноет. Лучшее чувство на свете.

— Надеюсь, я смогу завтра ходить, – говорю я, поднимаю голову с груди Сальваторе и вижу, что он наблюдает за мной.

Я касаюсь кончиком пальца уголка его рта и слегка приподнимаю его. Не думаю, что когда-либо видела, как Сальваторе улыбается, поэтому я не понимаю, почему он так одержим моей улыбкой. Он чуть не затрахал меня до смерти из-за нее.

Сальваторе прикусывает кончик моего пальца, затем целует его.

— Я буду носить тебя повсюду с собой, если понадобится.

— На спине?

— Если ты настаиваешь.

Я представляю, как отреагируют и рассмеются его люди.

— Ты такой противоречивый, Торе.

— Это создает проблему?

— Нет. Мне даже нравятся твои странности. – Подняв руку, я провожу пальцами по его волосам. – Когда ты начал седеть?

— Несколько лет назад. Это у нас семейное.

— Со стороны твоего отца?

— Нет. Я получил это от Иларии. – Он наклоняет голову набок, чтобы я могла лучше разглядеть его шею. – Я все еще помню тот день, когда она обнаружила у себя на голове первые седые волосы. Я нашел ее плачущей в ванной. Я был уверен, что кто-то умер. Кажется, ей было двадцать девять.

Я удивленно поднимаю брови.

— Судя по тому, что я видела, она производит впечатление очень сдержанного человека.

— Это напускное, – говорит он. – Она очень искусно притворяется, поскольку занимается этим уже годами. Из них с отцом вышла плохая пара. Я рад, что у нее теперь есть Козимо. Он делает ее счастливой, и это значит, что я не могу убить его, если он облажается.