Конгруэнт - Вероника Десмонд Страница 74

Сцена 15. Инсталля ция (усвоение)

«Cause baby now we,ve got bad blood

Ведь, детка, теперь у нас вражда.

You know it used to be mad love

Ты знаешь, раньше это была безумная любовь.

So take a look what you've done

Так что посмотри, что ты натворила»

Black Math – Bad Blood

Окрестности Элгина, Шотландия.

Феникс

Мой живот сжимается от чужих прикосновений.

Я делаю вдох, балансируя на грани сна и яви, чувствую льющиеся на меня потоки воды, как они чередуются с чьей-то большой ладонью…

— Просыпайся, милая.

Этот чертов голос, вежливый и темный.

Я отгоняю его прочь, но ощущения обостряются, вынуждая открыть глаза и столкнуться с мрачной реальностью.

Стены просторного душа отражают слабый свет луны, струящийся из панорамных окон. Холодный ветер с шотландского берега проникает сквозь щели, заставляя дрожать даже под горячей водой.

Чон стоит в тени, едва различимый, а капли воды стучат по полу, словно отбивая ритм моего обезумевшего сердца.

— Рад, что ты очнулась. – Его тон ровный, почти спокойный, но в нем скрываются нетерпение и контроль.

Его любимая холодная игра.

Я задыхаюсь, сжимая ладони и пытаясь найти опору. Влажный воздух прилипает к коже, смешивая тепло воды с животной тревогой.

Он еще не убил меня.

Почему он не убил меня?

Я оглядываюсь вокруг в панике.

Дождевой душ встроен прямо в черный потолок. Пол и стены матовые темно-серые, почти черные. Рядом с душем находится прямоугольная ванна, едва различимая на фоне каменного подиума. Огромные окна выходят на море и дальние острова. Почти не заметное стекло создает иллюзию парящей воды.

Все здесь отражает его сущность – пустота и мрак. Пугающий минимализм.

Дом на скалистом берегу стоит одиноко, как мертвый свидетель, не оставляющий следов.

Идеальное место для убийства.

Он сделает это сейчас, не так ли?

Возьмет меня за волосы и ударит о первый острый угол.

Я подтягиваю колени, резко упираясь спиной в каменную стену. Боль от нервного столкновения заставляет меня вздрогнуть, но она не сравнится с чудовищем передо мной.

Чон стоит, облокотившись о стекло, и наблюдает с интенсивностью, которая проникает в кости и сводит с ума.

Мое дыхание становится прерывистым. На мне только нижнее белье, но трусики на месте. Я сжимаю зубы. Этот ублюдок раздел меня, пока я была в отключке?

— Ты привез меня в Шотландию? Зачем?

Он подходит ближе.

Каждое движение медленное, безупречно рассчитанное.

Я пытаюсь встать, но ноги предательски немеют, лишая меня воли.

— Почему ты молчишь, черт побери?

— Потому что у меня нет ответа.

Чон садится прямо передо мной на корточки. Его рука тянется к моему лицу, и я дергаюсь, уклоняясь от прикосновения.

Капли воды падают на его рубашку и волосы, но его это не заботит. Темный блеск играет в карих глазах, словно это то, что он всегда мечтал увидеть.

Меня.

Обнаженную. Сломанную. Лежащую у ног хозяина, словно чертова собака.

Одержимость его взгляда лижет мою кожу и сжигает внутренности, образуя неумолимый жар внизу живота. Я инстинктивно сжимаю ноги.

Мой голос хриплый и сдавленный, когда я наконец-то спрашиваю:

— Ты трахнул меня, когда я спала?

Длинные греховные пальцы касаются моих ребер, и я впиваюсь зубами в губу, чтобы не закричать. Его прикосновения пронизывают меня, как удар тока, оставляя след, сильнее любого другого.