Подарок на свадьбу бывшего - Диана Рымарь Страница 75

Мы все дружно рассаживаемся за столом.

Гильермо разливает кофе в маленькие кружки, мать Риты ставит тарелку с печеньями в центр. Рита устраивается в кресле подальше от меня, руки сложены на коленях, спина прямая. Все ждут, когда я заговорю.

Откашливаюсь, горло пересохло.

— Я практически уверен, что несчастный случай, который произошел с Ритой девять месяцев назад, — это дело рук моего отца, — говорю на одном дыхании.

Слова висят в воздухе.

Тишина такая, что слышно, как тикают часы на стене.

Продолжаю, хотя каждое слово дается с трудом:

— Я долго не мог понять, в чем вообще дело, кому Рита могла так не угодить… Видите ли, когда с Ритой случилось то несчастье, я не стал полагаться на полицию. Нанял частного детектива, замотивировал следователя развернуть полномасштабные поиски. — Делаю паузу, пью кофе. Горячий, крепкий, но не согревает. — Мы искали желтый спорткар по всем окрестным улицам. Проверяли камеры наблюдения на каждом перекрестке. Но машина как сквозь землю провалилась. Исчезла бесследно.

Мать Риты резко ставит чашку на блюдце, кофе расплескивается.

— Как это так, Риту сбила машина? — восклицает она. — Я никаких подробностей не знала! Мне сказали, что она упала, ударилась головой!

Я смотрю на Риту. Она бледная, кусает губы.

— Рита наверняка просто не хотела вас расстраивать, — говорю я осторожно. — Но факт остается фактом. Желтый спорткар намеренно сбил ее и скрылся. Это было зафиксировано видеорегистратором одной из припаркованных неподалеку машин. Причем номера у машины были поддельные. А то, что его так и не нашли, говорит лишь о том, что машину специально спрятали. Или уничтожили, уж не знаю, что думать.

— Но почему твой отец? — спрашивает Гильермо.

В его голосе слышится недоверие.

Я разжимаю кулаки. Даже не заметил, что сжал их.

— У меня серьезные опасения по поводу психического здоровья моих родителей. — Слова горькие, как полынь. — От них можно ожидать чего угодно. Особенно от отца. Он всегда считал, что любые проблемы решаются силой и деньгами.

Гильермо наклоняется вперед. Лицо у него серьезное, озабоченное.

— Но если это так… То сейчас моя жена и падчерица с малышкой в опасности?

— Это еще одна причина, почему я здесь. — Встаю, упираю руки в стол и обвожу взглядом собравшихся. — Я хочу остаться в вашем доме в каком угодно качестве. Буду защищать Риту и малышку, следить, чтобы с ними все было хорошо. Поставлю охрану, если понадобится.

Рассказываю о том, что нужно провести сигнализацию, поставить по периметру камеры, уведомить местную полицию.

— С полицией я разберусь, — кивает Гильермо. — Там служат мои друзья. Они будут патрулировать дом.

А Рита все это время сидит тихонько, слушает. Но я вижу, как напряжены ее плечи, как она вцепилась в подлокотники кресла.

Неожиданно она встает, подходит ко мне совсем близко и говорит с ядовитой усмешкой:

— Это когда ж ты стал так обо мне беспокоиться, до или после того, как начал спать со своей Егине?

Мне становится дурно. Физически дурно. Как будто кто-то ударил меня в солнечное сплетение. Что она там обо мне думает в своей красивой голове? Такого она обо мне мнения?

— А ну повтори, милая, — говорю я, и голос звучит опасно тихо. — С кем я там спал?