Преподаватель - Юлия Хокка Страница 75

Устав вздрагивать от каждой фамилии, устав ждать и бояться, я хотела уже поскорее ответить и выйти на свободу.

Но Олег Сергеевич меня не вызывал.

В аудитории оставалось десять человек, затем семь и наконец пять – среди них была и я. Алена с Настей и Яна давно ушли, ответили они не хорошо, но и не ужасно. А я продолжала сидеть, и нервы уже просто не выдерживали.

«Что же вы меня мучаете?» – мысленно обратилась я к преподавателю, посмотрев на него.

В этот момент Олег Сергеевич поднял глаза, и наши взгляды встретились. Меня снова затрясло – с удвоенной силой.

Теперь точно пойду я.

— Саша, пожалуйста.

Да почему?!

Прошло еще какое-то время. Нас осталось трое. Пока одна одногруппница отвечала, мы с другой продолжали покорно ждать своей участи.

Результаты оказывались невеселыми: плюсики Олег Сергеевич ставил гораздо реже, чем просто удовлетворительную отметку. Семь человек ответили вообще ужасно, и их допуск к зачету оказался пока под вопросом.

Конечно, было бы здорово упростить себе сессию и сберечь нервы на зачетной неделе, но в первую очередь я хотела просто поскорее ответить и уйти домой.

Одногруппница почти закончила, так что следующей должны были вызвать меня или вторую девочку. В любом случае отвечать предстояло скоро. Глубоко вдохнув, я медленно выдохнула. Следовало успокоиться. Я знала материал гораздо лучше многих из тех, кто получил удовлетворительно или даже плюс. Да и валить меня Шефер точно не стал бы. Зачем? Он же обещал.

Олег Сергеевич снова вызвал не меня. Я осталась последней. А ведь изначально и мыслей не было, что придется сидеть здесь до самого конца.

— Олеся, теперь вы.

На трясущихся ногах я подошла к преподавателю и медленно опустилась на стул. Последняя одногруппница убежала, и мы остались только вдвоем. Без поддержки стало совсем неуютно и страшно. Ну почему именно я последняя?

Шефер забрал мой листок и, глядя на написанное, вскинул брови.

— Что с почерком?

Чувствовался знакомый аромат шампуня.

— И-извините, у меня и так почерк не очень, а из-за волнения еще и руки тряслись… – еле слышно ответила я, не поднимая глаз.

— Почему вы так сильно нервничали? – спросил он и, положив работу в общую стопку, развернулся ко мне полубоком. – Не готовы?

— Нет, я готова… Просто… – Я пыталась подбирать слова, но дурацкое волнение мешало соображать.

— А что тогда? Что «просто»? Если все знаете, должны быть уверены. Или вы меня боитесь?

— Немного, – честно призналась я.

— Почему? – удивился Олег Сергеевич, но как-то наигранно. – Я же не кусаюсь. Во всяком случае, не на парах.

Чего?!

Я молча пожала плечами. Может, он не будет меня мучать и просто отпустит домой?

— Ну ладно, – он постучал пальцами по столу, – рассказывайте, о чем вы написали.

Увы, надежда не оправдалась.

Шефер взял кубик Рубика и, чуть заметно кивая моему рассказу, стал его собирать. Заикаясь и путаясь в собственных мыслях, я все же смогла нормально ответить, но мучения на этом не закончились. Преподаватель задал вопрос. А потом еще один. И еще. И все эти вопросы были сложными. Если я отвечала в общем и поверхностно, то Шефер обрушивал на меня лавину уточняющих вопросов. Никто не разбирался в его предмете настолько глубоко, чтобы выдержать такой допрос.

В конце концов я устала и не выдержала: