Все, что мы не завершили - Ребекка Яррос Страница 76

У меня свело живот. Судя по тону Джорджии, именно Эйва стала причиной ее нынешнего потрясения.

— Это была запланированная поездка?

Она рассмеялась, но смех получился совсем не веселым.

— Да, я бы сказала, что поездка оказалась запланирована сильно заранее.

Прежде чем я успел задать следующий вопрос, засвистел чайник. Я снял его с плиты и только тогда сообразил, что не знаю, где стоят чашки.

— Левый шкафчик, вторая полка, — подсказала Джорджия.

— Спасибо.

Я взял чашку, опустил в нее чайный пакетик и залил кипятком.

— Это я должна тебя благодарить.

Я выгнул бровь.

— Мы поменялись ролями, ты что, забыла?

Она мне улыбнулась. Чуть заметно, буквально на долю секунды. Но это была настоящая, искренняя улыбка.

— Молоко? — спросил я, пододвинув к ней чашку и бутылочку с медом.

— О боже, нет. — Джорджия перевернула пластмассового медведя головой вниз и выдавила в чай немного меда. — Прабабушка говорила, что чай с молоком — святотатство.

— Да? — спросил я, надеясь, что она расскажет подробнее.

Джорджия кивнула, слезла с высокого табурета, обошла кухонный островок и, потеснив меня, открыла ящик.

— Да. — Она взяла ложку из ящика, вернулась на свое место и принялась размешивать в чае мед. — Прабабушка любила чай с сахаром. Мед — только для меня. Даже если меня долго не было дома, она всегда держала на кухне мед. Держала мне место. — Ее взгляд стал задумчивым и тоскливым.

— Ты, наверное, сильно по ней скучаешь.

— Вспоминаю ее каждый день. А ты скучаешь по отцу?

— Конечно. Со временем стало легче, но я отдал бы все, чтобы его вернуть. — Мне вдруг подумалось, что я слышал только о женщинах из семьи Стантон, но никогда — о мужчинах. — А что твой отец?

— У меня его нет. — Джорджия произнесла это так просто и буднично, что мне стало неловко. — В смысле, конечно, он есть или был. Я не продукт непорочного зачатия. — Она снова встала и положила грязную ложку в посудомоечную машину. — Просто я никогда его не видела и даже не знаю, кто он такой. Они с мамой учились в школе, когда я родилась. Но она никогда мне не говорила, как его звали.

Еще один кусочек головоломки под названием «Джорджия Стантон» встал на место. Она не знала своего отца. Ее вырастила Скарлетт. А чем тогда занималась Эйва?

— Ты точно не будешь ничего пить? — спросила Джорджия. — Мне как-то странно, что ты сделал мне чай, а сам ничем не угостился. — Она выжидающе посмотрела на меня.

— Не все должно быть quid pro quo[5], — тихо проговорил я.

Она вся напряглась, расправила плечи и, повернувшись ко мне спиной, шагнула к холодильнику.

— По моему опыту, все всегда quid pro quo. — Она вынула из холодильника бутылку с водой и захлопнула дверцу. — На самом деле почти всем вокруг от меня что-то нужно. — Джорджия поставила бутылку прямо передо мной и вернулась на свое место. — Так что, пожалуйста, пей. В конце концов, ты прилетел в Колорадо вовсе не потому, что некое волшебное шестое чувство подсказало тебе, будто мне нужна чашка чая.

Тебе тоже что-то от меня нужно.

Джорджия не произнесла это вслух, но ее взгляд оказался красноречивее всяких слов. И, черт возьми, она была права. Мой желудок как будто рухнул в бездонную яму.

Я кивнул и открыл бутылку с водой.

— Зачем ты приехал? Не то чтобы я не благодарна тебе за чай и вообще за компанию. Мне надо было отвлечься, так что спасибо. Просто я тебя не ждала. — Она слегка наклонилась вперед, грея руки о чашку.