Прерывистый шепот - Нева Алтай Страница 77

19:09, Бьянка:Приветик. Это Бьянка. Ты не занята?

19:11, Нина:Ну, я не думаю, что держать голову над унитазом с шести утра означает быть занятой. Смешно. Это вовсе не весело, это точно. Знаешь, они говорили, что утренняя тошнота продлится всего два месяца. ОНИ СОЛГАЛИ! Меня тошнит уже три недели, и то, что это происходит «по утрам», тоже неправда. Вы двое не хотите зайти ко мне на чашечку кофе или еще чего-нибудь? Как поживает Ворчун?

Я смотрю на последнюю строчку и усмехаюсь.

19:14, Бьянка:Михаил еще на работе. Он знает, что ты называешь его Ворчуном?

19:14, Нина:Конечно знает. Он не так часто навещает нас, но когда приходит, то обычно сидит в углу и размышляет.

19:15, Бьянка:Да, он часто так делает. Я хотела тебя кое о чем спросить. Это касается Михаила. Но если тебе неудобно отвечать, просто скажи, я пойму.

19:16, Нина:Конечно. Валяй.

19:16, Бьянка:Ты знаешь, что с ним произошло?

Проходит несколько минут, прежде чем Нина отвечает.

19:18, Нина:Да. Роман рассказывал мне.

19:18, Бьянка:Его пытали, да? Я видела шрамы, и он получил их не в результате несчастного случая или чего-то в этом роде; они слишком точные, почти медицинские. Его спина покрыта следами от кнута. Можешь мне, пожалуйста, рассказать, кто пытал моего мужа? И за что?

19:20, Нина:Это был старый пахан. Отец Романа.

Я в ужасе смотрю на ее ответ. Это сделал отец Романа? Телефон в моей руке начинает звонить. Это Нина. Я поднимаю трубку.

— Я знаю, что ты не можешь ответить, но, думаю, будет лучше, если я расскажу тебе, чем буду печатать. Это… это страшная история, Бьянка.

Голос Нины низкий и приглушенный, так непохожий на ее обычный жизнерадостный тон, и это подсказывает мне: то, что она собирается рассказать, вероятно, будет хуже, чем я могу себе представить.

— Я знаю только то, что мне рассказал Роман, а он не вдавался в подробности. Я расскажу тебе, что знаю. Можешь нажать на телефон, чтобы ответить «да», хорошо?

Я стучу ногтем по микрофону.

— Обещай мне, что не будешь просить Михаила поговорить об этом. Никогда. Пожалуйста.

Да, это определенно хуже, чем я думала. Я снова постукиваю по телефону.

— Отец Михаила занимался финансами старого пахана. Однажды пропала крупная сумма денег, просто исчезла со счета пахана. Несколько миллионов. Он решил, что к этому причастен отец Михаила, и отвез всю его семью на один из старых складов. Он убил мать Михаила. Затем он приказал своему человеку… изнасиловать его сестру. А Михаил и его отец смотрели на это.

Господи боже. У меня подкашиваются ноги, и мне кажется, что меня вот-вот стошнит, поэтому я сажусь на пол в кухне и упираюсь лбом в колени.

— Когда отец Михаила так и не смог сказать, где деньги, пахан решил, что ему нужен более веский стимул, – говорит Нина, и по ее голосу я понимаю, что она плачет. – Я не знаю, что он сделал с Михаилом, чтобы заставить его отца заговорить, но, исходя из того, что ты мне рассказала, догадываюсь. Роман сказал, что они с Максимом нашли Михаила и его семью на следующий день. Все, кроме Михаила, были мертвы. Ему было всего девятнадцать, Бьянка.

В ушах стоит звон, как в телевизоре без сигнала, заглушающий все остальные звуки вокруг. От слез перед глазами все плывет, поэтому, вставая, я ударяюсь бедром о стойку, но не обращаю внимания на боль и бегу в гостевую комнату. Мне становится невыносимо холодно, поэтому я забираюсь в постель под толстое одеяло, все еще прижимая телефон к уху.