Родной приемный сын миллиардера - Ксения Фави Страница 78

Иду в гостиную и минут тридцать пытаюсь рассказать о своих чувствах, не называя фактов и имен. Я вроде и верю в конфиденциальность. Но мой муж непростой человек… Я оберегаю инфу о нем.

— Ярослава, у тебя есть редкое качество — ты умеешь искать опору в себе, — говорит Афанасий, — но еще тебе нужно дать себе право на ошибку. Ты человек и не можешь каждый раз действовать на сто процентов правильно. Хотя бы потому, что как правильно, никто не знает. Нет объективного мерила правильности человеческих поступков.

Мне становится немного легче. В детстве папа очень много критиковал меня, как можно догадаться. И страх ошибок сидит у меня глубоко внутри.

— Спасибо… — смахиваю слезинку. — Я буду верить, что если и ошиблась, то справлюсь с последствиями.

— Так и будет, — улыбается психолог, — хм… если это все, я хотел кое-что спросить у тебя.

— У меня? — я удивлена.

Афоня улыбается.

— Я дружу с одной из влиятельных семей столицы. Твой муж их может знать. Арбатовы… Один из сыновей по отцу — Цкаев. В общем, ониустраивают праздник для детей, день рождения. Там будет много народа. Не хочешь вырваться одна или с малышом?

Хмурюсь.

— Зачем?

Афоня вздыхает.

— Они немного знают о тебе… Без подробностей! Инфа просочилась через мою супругу, прости. У нас с ней был уже серьезный разговор, — он играет желваками, — но люди там хорошие и, если ты не против, они были бы рады узнать, что у тебя все хорошо.

Господи, кто-то обо мне думает! Переживает… Какая редкость в последнее время.

И мне хочется сразу же принять приглашение. Но не поставлю ли я в плохое положение свою семью?

— Послушай… — говорю психологу. — Но если я приду, они узнают, кто я и мой муж. Что Тамир оформлял незаконно опеку.

Тяжело вздыхаю.

— Яра… — Афанасий называет меня так, как обычно Тамир, и у меня екает сердце. — Поверь, в курсе лишь одна пара и в общих чертах. Это воспитанные и на самом деле хорошие люди. В Давиде Цкаеве я уверен как в самом себе! Когда-то я хранил его большой секрет. И он точно ответит взаимностью. А его жена Рита просто ангел. Она тоже через многое прошла.

Никогда еще Афоня так меня не уговаривал. У него принцип — поступай, как хочешь. Это профессиональное.

А сейчас прямо настоятельно советует.

— Хорошо, я пойду. Раз так…

— Клянусь своей репутацией!

Ладно. В конце концов, мне просто необходимо развеяться, а то я рехнусь.

— Скажи, куда и когда приехать.

После разговора с психологом я долго сижу у кроватки сына. Малыш уже крепко и безмятежно спит.

А я смотрю на его реснички, на папину линию подбородка, темные прядки волос. Их цвет тоже от Тамира. Мм, так странно… Чем дальше, тем больше я вижу в сыне схожестей с отцом. Хоть Степа объективно больше похож на меня.

Но я вижу в нем отражение Тугулова… И если мы когда-то с Тамиром расстанемся, меня каждый день будут резать без ножа. Я буду смотреть на сына и вспоминать каждую секунду с его отцом…

Так! Сама вздрагиваю от того, какие мысли лезут в голову. Рано хоронить наш брак! И в принципе не нужно… Хоть и чувствую себя сейчас уязвимее некуда.

Тамир мне написал.

"Яра, ты не представляешь, как я сегодня вымотался. Рядом сестра, но от этого не легче. Здесь все делается очень медленно. Деньги не спасают. Это ад! Скорее бы домой, скучаю. Поцелуй Степашку".