Измена. Муж моей подруги - Мэри Ройс Страница 8

Опешив, я пячусь назад, наблюдая за тем, как непринужденно он закрывает дверь и сбрасывает ботинки.

— Какого хрена ты себе позволяешь?! — снова шиплю я, немного придя в себя.

Подрываюсь к двери и открываю ее, указывая на выход: — Убирайся. — Моя грудь вздымается. — Сейчас же.

Исаев проводит пальцами по подбородку и усмехается, не воспринимая мою злость всерьез. И вместо того, чтобы выполнить мое требование, приближается ко мне и одним движением руки закрывает дверь.

Я порываюсь проскользнуть мимо него, но тут же вскрикиваю, когда он хватает меня за талию и загоняет в угол.

Воздух мгновенно накаляется между нами, и я никак не могу сделать полноценный вдох.

— Я ненавижу тебя, — шепчу прерывисто и снова пытаюсь оттолкнуть Исаева, но меня останавливает горячее дыхание возле уха.

— Ты можешь это делать, пока я буду трахать тебя.

Я зажмуриваюсь и стискиваю кулаки до дрожи в руках, стараясь игнорировать его обжигающее дыхание, танцующее на моей шее.

— Какая же ты сволочь, — цежу сквозь зубы. — Какого черта ты вообще зациклился на мне?! — На последнем слове я выхожу из себя и дергаюсь, вынуждая его отстраниться.

Теперь его лицо нависает над моим, а ладони скользят по бедрам, талии… разжигая мое тело наперекор разуму, который уже вопит во все горло, чтобы я все прекратила немедленно! Но близость этого мудака творит со мной… черте что…

— Я просто хочу вспомнить, как хорошо нам было. Так что перестань упрямиться и впусти меня. — Влад протискивает колено между моих ног, и мои щеки вспыхивают.

— Я могу предложить тебе пойти на хуй, — огрызаюсь я из последних сил.

— Сначала я предложу тебе свой.

Я психую и изо всех сил бью его в грудь.

— Ты долбаный придурок! — Снова бью кулаками по еготупым мышцам. — Проваливай к своей жене! Ты вроде бы там билетики подарил ей, так вперед! Пиздуй собирать чемоданы!

Исаев поднимает руку и пятерней сжимает мою шею. Подтягивает меня к себе так, что я прижимаюсь грудью к его.

— А ты, значится, ревнуешь? — ухмыляется он напротив моих губ и при очередной моей попытке увернуться сжимает шею крепче.

В горле поднимается беспомощное рычание:

— Пошел ты! Ты… ты…

— Мудак. Ублюдок. Тиран. Похуй, Лиль, что ты скажешь. Но можешь продолжать. Мне нравится твоя злость. Это, блядь, действует на мой член похлеще афродизиака.

— Двуличный подонок!

— Мы оба такие, не вижу смысла драматизировать.

— Заткни…

Мои слова обрываются, когда Исаев агрессивно набрасывается на мои губы. Меня ошеломляет его напор: горячий требовательный рот, одна рука сжимает горло, другая — наматывает волосы на кулак и тянет вниз.

Он подавляет меня со всех сторон, но я все равно пытаюсь укусить ублюдка. Правда, когда мне это удается, я получаю прямо противоположный эффект, потому что вместо того, чтобы предотвратить это безумие, остатки разума сносит безумной волной.

Пошло все к черту…

Исаев дергает меня за волосы и кусает в ответ, рыча и оттягивая зубами мою нижнюю губу.

Вцепившись дрожащими пальцами в его рубашку на груди, я кусаю его еще сильнее, проклиная нас обоих.

Исаев стонет, одной рукой продолжая фиксировать меня за горло, а второй несдержанно сдергивает мои шорты вместе с трусиками.

Прохладный воздух касается моей киски прежде, чем его пальцы встречаются с ее горячей влагой.